Книги в жанре «Короткий любовный роман»

— Настя, я развожусь с тобой.
Я лежу на больничной каталке, пытаясь не потерять нашего ребенка снова, а муж смотрит на меня холодно и равнодушно.
— Я терпел тебя только из-за беременности. Но, похоже, и этого ребенка ты потеряешь. А у меня уже есть другая женщина. И она, в отличие от тебя, родит мне здорового сына.
В тот момент мой мир рушится окончательно.
Но Борис так и не узнает, что ребенка тогда удалось спасти.
Я исчезаю из его жизни, одна поднимаю сына и учусь жить заново.
А спустя четыре года бывший муж внезапно появляется снова.
И теперь он готов на все, чтобы забрать у меня ребенка.
Потому что мой сын — идеальный донор для его больного сына от любовницы...

– Дом больше не твой, Лена.
Муж произносит это спокойно. Почти буднично. Пока я стою на кухне с банкой вишнёвого варенья в руках и пытаюсь понять, как человек, с которым я похоронила сына, смог отнять у меня последнее место, где ещё жила память о нём.
Дом оформили на другую. Она беременна. У них есть доверенность с моей подписью...

— Что вам от меня нужно!? - зло процедила я.
— Мне нужна идеальная семья, — сказал Демид равнодушно.
— И что это в вашем понимании? Благодарная за сына, улыбающаяся в камеры жена? Что ещё?! Собака, дерево?!
— Достаточно благодарной жены, Дарья. Безропотной и улыбающейся в камеры. Меня волнует только лицевая сторона, до изнанки мне дела нет, и до твоего сына тоже. Он – плюс к моей репутации. Как и ты. Не больше.
**
Демид Князев – лицемерный эгоистичный мерзавец. Но в предвыборной гонке репутация важна, и он готов на всё, чтобы получить ещё больше власти. Даже оплатить многомилионное лечение моего сына. Ради этого я пойду на всё – представлюсь его невестой, женой, рабой – кем угодно. Только бы мой мальчик жил. А Демид… Он – худшее, что могло со мной случиться. Худшее и…

— Не смей сегодня свалить раньше, чем закончится бой, — тихо говорит он. — Я люблю смотреть на твое злое лицо после победы.

Я резко отталкиваю его руку.

— А я люблю, когда тебе прилетает в голову.

Его называют машиной. Чемпионом. Психом, который спокойно входит в клетку, чтобы побеждать.
Меня он называет колхозницей.
И мы терпеть друг друга не можем.

Каждый раз перед боем Рамиль первым делом ищет меня глазами. Каждый раз специально доводит до бешенства, цепляет, провоцирует.
А потом входит в клетку и подтверждает чемпионский титул.

Только есть проблема: мне нельзя нервничать. И нельзя танцевать до потери дыхания.
Нельзя жить так, как я живу.

Мое сердце может остановиться в любой момент, но я скорее позволю этому случиться, чем вернусь в родную станицу к коровам, теплицам и жизни, которую для меня выбрала мать.

И уж точно не позволю Рамилю Юсупову узнать, почему иногда прячу таблетки в кулаке и отворачиваюсь, когда мне не хватает воздуха.

Из-за двери спальни послышались звуки: женский всхлип, мужской глухой стон, ритмичный, до боли знакомый скрип кровати. Ее я перевезла сюда два года назад, когда меняла мебель в нашей с Димой квартире.
В голове щелкнуло сразу несколько мыслей, одна другой нелепее.
Сначала — что я перепутала квартиру.
Потом — что арендаторы еще здесь, хотя по договору уже должны были съехать.
Я отмела оба нелепых варианта и остановилась на самом ужасном: мой муж Дима развлекался с какой-то женщиной прямо в моей квартире.
Кровь отхлынула от лица, рукам стало холодно.
Я не дала себе времени подумать. Если бы дала, то, наверное, развернулась бы и тихо вышла.
А так ноги сами понесли меня, словно я и не давала им команды. Я толкнула дверь спальни и буквально ввалилась внутрь.
Окинув взором спальню, я остолбенела.

— Это тебе, Лера. Подарок.
Бывший муж кладёт передо мной белый конверт, а рядом стоит его беременная любовница.
— Что это?
— ДНК-тест. Мила мне не дочь.
— Ты решил сказать это при ребёнке?
— Пусть привыкает к правде. У меня скоро родится настоящий ребёнок.
Он думал, что одной распечаткой сможет вычеркнуть нашу дочь из своей жизни и растоптать меня окончательно. Но правда оказалась намного страшнее его жестокости. Старый донорский код, поддельное согласие, украденные образцы и мужчина, который привык держать под контролем всё, внезапно связывают нас так, что назад дороги уже нет. Я хирург. Я умею резать по живому, когда иначе нельзя. И теперь мне придётся спасти не только дочь, но и своё сердце.

— В тот день, в аудитории… — его голос стал тише, почти шёпотом. — Я не жалею. Я знаю, что мы чуть не разрушили всё. Я знаю, что ты боишься. Но я не жалею.
Я почувствовала, как щёки заливаются краской. Вспомнила всё до мельчайших деталей.
— Не надо об этом, — сказала я, чувствуя, как голос дрожит.
— Почему? — он смотрел в упор. — Потому что тебе стыдно? Или потому что ты хочешь повторить?

— Марина Сергеевна, вы знаете, что назначение в карте пациента внесли под вашим логином? — спрашивает главный врач, не поднимая глаз от распечатки.
Я холодею.
— В это время я оперировала ребёнка после ДТП.
Муж стоит рядом. Спокойный. Собранный. Слишком спокойный для человека, который ещё вчера целовал меня на кухне при детях.
— Проверка разберётся, — произносит Илья ровно. — А пока тебе лучше отойти от операций.
— Ты правда решил повесить это на меня?
Он смотрит на меня так, будто я уже стала для него чужой.
— Я решил начать новую жизнь, Марина. Без тебя.
Я пришла к мужу с новостью о беременности, а застала его с другой женщиной. Думала, больнее быть уже не может. Ошиблась. На следующий день меня отстранили от операций из-за чужой ошибки, которую кто-то очень аккуратно подставил под моё имя. Теперь у меня есть дети, тайна под сердцем, работа, которую пытаются отнять, и предатель, уверенный, что я сломаюсь. Но хирург не бросает пациента на столе. И свою жизнь я спасу.

– Зачем ты мне такое говоришь про другую? – по щекам текли слезы, и я не в силах была их остановить.
– Ну не мог же я тебя беременную бросить, – равнодушно кидает муж, даже не глядя в мою сторону. – А теперь ты родила, и я даже год вытерпел. Пора мне быть с любимой женщиной.
– А я кто? – губы трясутся.
– Ты – мать моих детей, – кивнул Валера. – Не более. Квартиру я тебе оставлю, живите здесь. Дача тоже тебе, чтобы было где отдыхать. Активы в виде недвижки. И алименты разумеется. Ты хоть не любимая, но важная женщина.
Десять лет брака. Двое детей, младшей всего год. И муж заявляет мне, что у него есть любимая женщина.
Мы развелись.
А через полгода бывший объявился у меня на пороге со словами.
– У нас с Катей как-то не выходит… В общем, дочь я забираю, она все равно ещё маленькая. Не вспомнит кто ее настоящая мама. А ты сможешь ее навещать как крестная…

Она — специалист по найму с железными правилами. Он — клиент, который предлагает миллион за три дня фиктивной помолвки. Проблема в её главном пункте: «Никогда не играть в любовь с тем, кто целует так, будто это не игра». А он целует именно так. Трое суток — и её карьера под угрозой, потому что химия между ними сломала любую систему безопасности. Честно, жарко до головокружения, трогает до мурашек и не отпускает даже после последней «нет».