Книги в жанре «Любовные романы» по тегу «слушатьлюбовныероманы»
— Аня, ты всё не так поняла.
— Я видела вас. Что тут можно понять не так?
— Это временно.
— Брак тоже?
Я пришла в ординаторскую за мужем. Вышла — уже без семьи.
Но измена оказалась не самым страшным. Гораздо больнее было понять, ради чего он это сделал.
Когда в больнице начались проверки и моё имя внезапно оказалось в документах, я поняла: меня не просто предали. Меня решили убрать.
Я могла уйти тихо. Могла закрыть глаза. Могла спасти его. Но впервые выбрала не удобство, а правду. Только правда редко бывает безопасной. И иногда она стоит намного дороже, чем брак.
— Я видела вас. Что тут можно понять не так?
— Это временно.
— Брак тоже?
Я пришла в ординаторскую за мужем. Вышла — уже без семьи.
Но измена оказалась не самым страшным. Гораздо больнее было понять, ради чего он это сделал.
Когда в больнице начались проверки и моё имя внезапно оказалось в документах, я поняла: меня не просто предали. Меня решили убрать.
Я могла уйти тихо. Могла закрыть глаза. Могла спасти его. Но впервые выбрала не удобство, а правду. Только правда редко бывает безопасной. И иногда она стоит намного дороже, чем брак.
Кира стала директором компании в обход своего молодого амбициозного коллеги Альберта. Он хочет подсидеть ее с помощью афродизиака и компрометирующих фотографий. Однако его план срывается и заканчивается внезапной беременностью нового босса. Только вот от Альберта ли этот ребенок?
Они остановились на небольшом деревянном пирсе. Отражение луны колыхалось на черной воде. Альберт повернул ее к себе.
– Кира, – сказал он, и это был первый раз, когда он назвал ее по имени без отчества. Голос сорвался на низкий, интимный шепот. – Вы не представляете, как вы сейчас прекрасны.
И, прежде чем она успела придумать ответ, его губы нашли ее губы. Поцелуй был жадным, властным, требовательным. И ее тело словно взорвалось изнутри. Все барьеры, все страхи, вся осторожность растворились в этом огне. Разум отключился. Остались только чувства: вкус его губ, запах его кожи, твердость рук, сжимающих ее талию.
Они остановились на небольшом деревянном пирсе. Отражение луны колыхалось на черной воде. Альберт повернул ее к себе.
– Кира, – сказал он, и это был первый раз, когда он назвал ее по имени без отчества. Голос сорвался на низкий, интимный шепот. – Вы не представляете, как вы сейчас прекрасны.
И, прежде чем она успела придумать ответ, его губы нашли ее губы. Поцелуй был жадным, властным, требовательным. И ее тело словно взорвалось изнутри. Все барьеры, все страхи, вся осторожность растворились в этом огне. Разум отключился. Остались только чувства: вкус его губ, запах его кожи, твердость рук, сжимающих ее талию.
Днем я — скромная медсестра в элитной клинике, куда меня чудом устроила тетя. Ночью — бармен в шумном клубе, смешивающий коктейли, чтобы выжить.
Мой муж повесил на меня миллионные долги, завел любовницу и превратил мою жизнь в ад, отказываясь давать развод. Я работаю на износ ради дочери, боясь, что однажды просто не выдержу.
Но однажды в клинику вошел он. Руслан. Горец с ледяным взглядом и горячим сердцем. Он привык получать всё, что хочет. И сейчас он хочет помочь мне… но какую цену он попросит взамен?
Может ли любовь стать спасением, когда вокруг одни враги, а твой главный враг спит в твоей постели?
В тексте есть:
* Сильный и властный герой (Горец)
* Нежная, но сильная героиня
* Сложные жизненные обстоятельства
* Ребенок (дочь подросток)
* ХЭ (Счастливый конец)
Мой муж повесил на меня миллионные долги, завел любовницу и превратил мою жизнь в ад, отказываясь давать развод. Я работаю на износ ради дочери, боясь, что однажды просто не выдержу.
Но однажды в клинику вошел он. Руслан. Горец с ледяным взглядом и горячим сердцем. Он привык получать всё, что хочет. И сейчас он хочет помочь мне… но какую цену он попросит взамен?
Может ли любовь стать спасением, когда вокруг одни враги, а твой главный враг спит в твоей постели?
В тексте есть:
* Сильный и властный герой (Горец)
* Нежная, но сильная героиня
* Сложные жизненные обстоятельства
* Ребенок (дочь подросток)
* ХЭ (Счастливый конец)
Когда муж бросил меня за день до тридцатилетия, подруга Лена не стала меня жалеть. Она просто сказала: «Вставай, будем чистить перья».
За сутки она превратила меня из мокрой курицы в стерву в стразах. Сняла соседний зал в том же ресторане, где Роман праздновал помолвку. Собрала тридцать холостых мужиков.
И теперь моя бывшая семейная жизнь выглядит не так уж плохо. Особенно если смотреть на неё из зала, полного молодых, красивых и очень заинтересованных мужчин.
А Роман пусть подавится своей Кристиной. У меня теперь другие планы.
Хэппи-энд для тех, кто заслужил.
За сутки она превратила меня из мокрой курицы в стерву в стразах. Сняла соседний зал в том же ресторане, где Роман праздновал помолвку. Собрала тридцать холостых мужиков.
И теперь моя бывшая семейная жизнь выглядит не так уж плохо. Особенно если смотреть на неё из зала, полного молодых, красивых и очень заинтересованных мужчин.
А Роман пусть подавится своей Кристиной. У меня теперь другие планы.
Хэппи-энд для тех, кто заслужил.
— Лика… — Артём тоже сел, потянулся к брюкам.
— Какой ты прекрасный подарок мне приготовил, — услышала я свой спокойный голос, словно со стороны. — Просто незабываемый. Офигенный.
— Подожди, ты не так поняла...
Я не дала ему договорить. Два шага к кровати. Крышка с коробки слетела на пол. Я схватила торт обеими руками, чувствуя, как пальцы проваливаются в мягкий бисквит, и с размаху впечатала Тёме в его симпатичную физиономию.
— С днём рождения меня, — зло усмехнулась я.
Развернулась и пулей вылетела из номера. По коридору, по лестнице, мимо дежурной, которая что-то спросила вслед, но я её не расслышала, в ушах стоял белый шум.
Села в машину и уставилась на руль невидящим взором. Пальцы были в липкой глазури и белом сливочном креме. Я смотрела на них и отстранённо подумала, что надо бы вытереть, а то руль испачкаю. Судорожно вынула влажные салфетки, остарвенело отёрла ладони.
Руки тряслись так, что я едва попала ключом в замок зажигания. В душе зияла огромная чёрная дыра…
— Какой ты прекрасный подарок мне приготовил, — услышала я свой спокойный голос, словно со стороны. — Просто незабываемый. Офигенный.
— Подожди, ты не так поняла...
Я не дала ему договорить. Два шага к кровати. Крышка с коробки слетела на пол. Я схватила торт обеими руками, чувствуя, как пальцы проваливаются в мягкий бисквит, и с размаху впечатала Тёме в его симпатичную физиономию.
— С днём рождения меня, — зло усмехнулась я.
Развернулась и пулей вылетела из номера. По коридору, по лестнице, мимо дежурной, которая что-то спросила вслед, но я её не расслышала, в ушах стоял белый шум.
Села в машину и уставилась на руль невидящим взором. Пальцы были в липкой глазури и белом сливочном креме. Я смотрела на них и отстранённо подумала, что надо бы вытереть, а то руль испачкаю. Судорожно вынула влажные салфетки, остарвенело отёрла ладони.
Руки тряслись так, что я едва попала ключом в замок зажигания. В душе зияла огромная чёрная дыра…
— Сабир, ты хочешь жениться на девочке, которая дразнит тебя из-за шапки?
— Да.
— И которая, скорее всего, пошлёт тебя куда подальше с этим предложением?
Я молчу. Потому что он прав. С вероятностью девяносто девять процентов Айша выльет мне на голову чай, когда я заведу этот разговор. Или расхохочется. Или скажет что-то вроде: «Ты чего, дядь Сабир, перегрелся?»
История Амира и Зары https://litmarket.ru/books/kavkazskiy-zver
— Да.
— И которая, скорее всего, пошлёт тебя куда подальше с этим предложением?
Я молчу. Потому что он прав. С вероятностью девяносто девять процентов Айша выльет мне на голову чай, когда я заведу этот разговор. Или расхохочется. Или скажет что-то вроде: «Ты чего, дядь Сабир, перегрелся?»
История Амира и Зары https://litmarket.ru/books/kavkazskiy-zver
— Лера, нам надо развестись.
— Что?
— У меня другая женщина.
— Ты сейчас серьёзно?
— Да. Я её люблю.
— А меня?
— Это уже не то.
Полгода он жил двойной жизнью. Улыбался, целовал, говорил «всё нормально».
Полгода я была женой. А он — предателем.
Он думает, что просто уходит к новой любви.
Что я тихо подпишу бумаги и останусь в прошлом.
Только он не знает одного.
Я слишком хорошо знаю его слабые места.
— Что?
— У меня другая женщина.
— Ты сейчас серьёзно?
— Да. Я её люблю.
— А меня?
— Это уже не то.
Полгода он жил двойной жизнью. Улыбался, целовал, говорил «всё нормально».
Полгода я была женой. А он — предателем.
Он думает, что просто уходит к новой любви.
Что я тихо подпишу бумаги и останусь в прошлом.
Только он не знает одного.
Я слишком хорошо знаю его слабые места.
- Все продается и покупается, Димон. Думаешь, эта новая подружка Кати не согласится лечь со мной, если я пообещаю ей золотые горы? Да она предаст мою жену тут же!
- То есть, ты готов сам пойти на предательство, чтобы что-то мне доказать?
- А что в этом такого? Все мужики испокон веков любят такой «спорт» - хоть в бизнесе, хоть в постели. Бизнес плох без риска, а брак без походов налево - преснейшая штука.
Мой муж, которого я случайно услышала и буквально приросла к полу, немного помолчал и добавил:
- К тому же, мы с Эммой уже целовались пару раз. И зажимались, как подростки.
Он рассмеялся, а меня чуть не вывернуло наизнанку.
Шла сделать мужу сюрприз, а получила неопровержимые доказательства его измены.
Но вместо того, чтобы уйти к Эмме и сказать мне «прощай», он готов перевернуть мир, чтобы я его простила…
- То есть, ты готов сам пойти на предательство, чтобы что-то мне доказать?
- А что в этом такого? Все мужики испокон веков любят такой «спорт» - хоть в бизнесе, хоть в постели. Бизнес плох без риска, а брак без походов налево - преснейшая штука.
Мой муж, которого я случайно услышала и буквально приросла к полу, немного помолчал и добавил:
- К тому же, мы с Эммой уже целовались пару раз. И зажимались, как подростки.
Он рассмеялся, а меня чуть не вывернуло наизнанку.
Шла сделать мужу сюрприз, а получила неопровержимые доказательства его измены.
Но вместо того, чтобы уйти к Эмме и сказать мне «прощай», он готов перевернуть мир, чтобы я его простила…
Он появился в моей жизни, как ураган — дерзкий, опасный, с глазами, полными боли и запретной страсти.
Марк вырвал меня из золотой клетки богатой семьи, подарил свободу, о которой я мечтала. Ради него я бросила всё: родителей, будущее. Я думала, это любовь. Я думала, так будет всегда.
Но его настоящая правда разобьет мне сердце, заставив предать самых близких.
Романтическая драма о первой любви, которая обжигает.
Предательстве, которое ломает, о прощении, которое исцеляет. История о том, как найти себя, когда теряешь всё, и полюбить снова, когда, кажется, сердце превратилось в пепел.
Марк вырвал меня из золотой клетки богатой семьи, подарил свободу, о которой я мечтала. Ради него я бросила всё: родителей, будущее. Я думала, это любовь. Я думала, так будет всегда.
Но его настоящая правда разобьет мне сердце, заставив предать самых близких.
Романтическая драма о первой любви, которая обжигает.
Предательстве, которое ломает, о прощении, которое исцеляет. История о том, как найти себя, когда теряешь всё, и полюбить снова, когда, кажется, сердце превратилось в пепел.
Она просыпается утром и обнаруживает в своей постели незнакомца. Он — влиятельный бизнесмен, от которого зависит её карьера. У него есть предложение: тендер в обмен на её тело. У неё — выбор: отказаться и потерять всё или согласиться и потерять себя.
Но что делать, если за желанием обладать вдруг просыпается нечто большее? Если чужое тело становится родным, а контракт на бизнес превращается в контракт на душу?
Но что делать, если за желанием обладать вдруг просыпается нечто большее? Если чужое тело становится родным, а контракт на бизнес превращается в контракт на душу?
Выберите полку для книги