Книги в жанре «Любовные романы» по тегу «lyubovnye-romany-besplatno»

— Я вот любовницу завел, а не как Пахомов вторую семью. Тебя что не устраивает ? — лениво спросил муж, откидывая кресло.
— Все, — честно призналась и газ прибавила. Машина рванула вперед, двигатель зарычал. — У нас дочери восемь лет, мы пятнадцать лет в браке. А ты себе любовницу завел…
— Ну что ты возмущаешься? — веселился муж. — Скажи спасибо, что любовницу. В мире лавандовых рафов я по-прежнему остаюсь нормальным мужиком, которому надо покрыть как можно больше самочек!
Машина снова дернулась, и я съехала на обочину.
— Я бумаги подготовила, — сквозь боль в горле шепнула. — Мне такой муж не нужен.
— Нужен, солнышко. Без меня ты — разведёнка с прицепом. А такие сейчас мало кому интересны. Поверь, я знаю рынок.
Муж вышел проверить, что там с машиной, оставив дверь открытой. Тёмный лес шумел за обочиной. Сто километров от города.
И в этот момент я поняла: предатель. Лжец. Изменник. Чужой человек.

В день своего пятьдесят первого рождения Злата Вересова ждёт, что муж наконец назовёт её автором главного проекта их компании.

Вместо этого Ростислав объявляет о разводе перед гостями, выводит на сцену молодую любовницу — и оставляет жене поручительство на сорок два миллиона рублей.

Пока прибыльные контракты, сотрудники и чертежи Златы переходят в фирму соперницы, ей достаются пустые счета и часы, которые должны сломаться во время прямой трансляции. Виновной заранее назначили её.

Чтобы сохранить дом, достаточно подписать отказ от собственного имени. Чтобы сохранить себя, придётся за тридцать дней собрать новую команду, доказать авторство и запустить механизм, который муж собирался использовать против неё.

Рядом оказывается Матвей — мужчина, который не обещает спасти, не требует подчинения и впервые называет её работу её именем.

Ростислав уверен: в пятьдесят один год поздно начинать сначала.

Он ещё не понял, что Злата уже начала.

– Екатерина Алексеевна? – полуобнаженный мужчина ловко спрыгивает с турника.
– Я… Вы…
Все слова и мысли вылетают из головы, а он крадется ко мне, словно опасный хищник среди железных джунглей.
– Вы, что?! – на его губах появляется ухмылка, что отлично видно по усам. – Увлекаетесь спортом или… Спортивными мужчинами?
- Н-нет. Вы… о боже! – вскрикиваю, отворачиваясь.
Я вся горю от стыда или это не стыд. Я не могу связать и двух слов. Все горит, посылая импульс вниз по животу. Что со мной?!
– Не стоит противиться природе, – Роман оказывается настолько близко, что моя грудь упирается в его твердую и обжигающую.
– Не надо так близко…
– Ты ведь сама пришла? – его голос тоже становится значительно ниже, растекаясь по мне вибрацией.
– Да, но я ваш фельдшер…
– Не надо «но», по тебе всё и так видно. Для тебя я сделаю исключение… – рычит он.
Он делает последний шаг ко мне, я шаг назад. Наше танго длиться не долго, пока я не упираюсь в стену.
– Нет…

Дверь открывается резко, и я подскакиваю со стульчика, на котором отдыхала между перевязками.
Входит главный циник нашей клиники. Тот, с кем мы грыземся как кошка с собакой. Смотрит врач на меня, как будто я виновата во всех его проблемах.
Что я уже успела натворить?
— Вам что-то нужно, Кирилл Игоревич? — интересуюсь чуть нервно.
— Да.
Иду к шкафчику, где хранятся расходные материалы.
— Мне нужна жена, — по пути догоняет меня требование врача.
Пару раз хлопнув глазами, оборачиваюсь.
— Жена?
Ответом служит кивок.
— Вы не по адресу, это вам к свахе, — хмыкаю.
— Хочу, чтобы ты стала моей женой.
Рот медленно приоткрывается. Усилием воли возвращаю челюсть на место.
— За это я сделаю операцию твоему деду. Или кому нужно? Оплачу послеоперационный период из своего кармана. Все пройдёт идеально, а ты станешь моей женой.
Он меня купить надумал?
Операция деду нужна – это факт. Но я не проститутка какая-нибудь.
— Я не продаюсь! — выдаю, дополняя слова звонкой пощёчиной.

– На колени, – громовой голос пугает меня до колик.
Такому требованию невозможно не подчиниться. Но я ни перед кем не вставала на колени.
– Вы ошиблись, понимаете? Это все ошибка, клянусь. Позвольте рассказать, как было…
Холодный взгляд заставляет застыть. Безжалостный. Пустой. Мои слова не достигают цели. Он мне не верит.
– Я не Элла! Вообще не имею представления, кто она... – шепчу, трясущимся голосом, но провоцирую ярость.
Холодную, пробирающую до костей ярость. Ощущаю ее как многотонный груз, прижимающий меня к полу, сильнее унизительного приказа.
– Это ты. И мы оба знаем правду.

Я как две капли воды похожа на Эллу – психопатку и акулу криминального бизнеса. Руна – авторитет, которого она поставила на грань жизни и смерти. Его плен – сама тьма. Его любовь рождена из ненависти. Поверит ли, что я – не Элла до того, как сломает полностью?

Четыре года я собирала себя по осколку. Новый дом. Двое детей. Мужчина, рядом с которым я наконец разучилась вздрагивать от ключей в замке.
А потом всё вернулось разом — чужие духи на его пальто, отель, погасший телефон, чужой женский голос в трубке:
— Алло, да, милый?

И я поверила. Снова. Как когда-то поверила спокойному голосу другого мужчины — за миг до того, как он сказал мне «собери вещи».
Только я не знала главного. Что это не измена — это ловушка. Что бьют не в него — бьют в меня, в тот самый незаживший рубец. А потом у его машины откажут тормоза. В машине, в которой каждое утро едут в сад мои дети.

Я думала, что выстрадала своё счастье и меня наконец оставят в покое.

Я ошиблась.
Только не в нём.

Кто готов уничтожить того, кто стал твоим домом, — чтобы снова оставить тебя одной? И как далеко они зайдут, если под удар попадут дети?

В юном возрасте её выдают замуж, и за годы брака обвиняют в бесплодии. Семья мужа унижает её, называя сиротой, а он сам приводит в дом беременную любовницу. Разбив очередную надежду, она уходит, оставив все мечты позади.
Но в её жизнь входит Умар Шахмаран — жестокий глава клана. Его отец приказывает взять несчастную девушку в жены.
— Ты станешь женой моего сына, — говорит он.
Я в шоке, отказываюсь:
— Нельзя. Он ещё не женат, а я…
— Никто не смеет взглянуть на его жену. Согласись, дочка.
У меня нет выбора: мне не предложат мужа, кроме мужчин за сорок с множеством жён. Сестра говорит, что её муж уже нашёл мне старика.

Чтобы спасти свою сестру из цепких лап охотника за приданным, Мэри-Джейн Эштон решается на отчаянный шаг и попадает в сложную ситуацию, которая переворачивает весь её привычный мир. Сможет ли она, переступить через свою гордыню и довериться мужчине, который отчаянно желает заполучить её благосклонность... Лишь от её решения зависит сумеет ли она вернуться к прежней жизни и, вновь, обрести потерянное счастье...

- Зоя рассказала мне. Она нелюдимая девочка. Была одна подруга, но уехала. А вот, сын Крутина тягается к ней. Буквально недавно, она выгнала его из лавки и рыбой забросала. Он якобы помочь хотел и раздул из этого скандал.
- Думаю, он под юбку хотел ей залезть, - рычу я, скрипя зубами.
- Так и есть, - поддакивает Аркаша.
- Зоя сказала, что она готова была отдаться ему за пиратский корабль.
- Что? – метаю глазами молнии в Генриха.
- Да, прости, но так она и сказала.
В памяти возникает образ фигурки на полке. Она сказала, что первое пришло на ум!
- Все считают, что она умом тронулась, - Костя дополняет рассказ Генриха. – В баре кто-то жалеет, как слабоумную, раз предлагает себя за такое. Кто-то агрессивно настроен на их семью. Все-таки они торгуют рыбой, а больным душевно доверия нет.
- Тупая серая масса, - фыркаю я.
- Да, - соглашается Костя, - но основную роль в ее репутации сыграл мэр и его сын.
Я все понимаю. Девушка в беде, а эти уроды только насмехаются. Я должен вытащить

— Нам нужно поговорить о наших детях, — незнакомец кладет передо мной папку.
Я глупо улыбаюсь. С виду успешный бизнесмен, но на самом деле сумасшедший.
— У меня нет детей, — развожу руками.
Я бесплодна к сожалению.
В клинике, где хранились мои яйцеклетки, случился несчастный случай. Мне выплатили компенсацию, но шансов стать мамой у меня больше нет.
— Я знаю, — его взгляд скользит по моему лицу и замирает на губах, — ваш биоматериал не был испорчен, он был использован. У нас трое прекрасных детей.
— Этого не может быть!
— Детям нужна мама! Двадцать четыре на семь, как положено. Делить тебя мы не будем, так что свадьбу придется отменить, — он указал на мое помолвочное кольцо.