Книги в жанре «Любовные романы» по тегу «russkie-lyubovnye-romany»
Она появилась в его жизни неожиданно. Или это только иллюзия?
Для него она — шпионка, для неё он — слишком опасный человек, чтобы доверять.
Финансовый обман, ложь и тайны вынуждают их столкнуться.
Но что победит: любовь или предательство?
Для него она — шпионка, для неё он — слишком опасный человек, чтобы доверять.
Финансовый обман, ложь и тайны вынуждают их столкнуться.
Но что победит: любовь или предательство?
— Не смей прикасаться ко мне... — меня всю трясет от злости и ярости.
— Тише, русская! — мужчина сминает мои скулы и горячим дыханием опаляет губы.
— Да пошёл ты! — вырываюсь из железной хватки, но все бесполезно.
Передо мной только леденящий душу взгляд голубых глаз этого варвара и его касания.
— Ты не имеешь никакого права на меня!
— Имею! — рычит и большим пальцем обводит мои губы. — Ты — уплата моего долга, русская! И станешь моей женой!
— Нет! — вскрикиваю душой и сердцем. — Никогда! Слышишь? Никогда! — ору ему в лицо, пытаясь вырваться. Вместо этого мой пленитель жмется губами к моему ушку и шепчет:
— Выбирай: либо быть моей послушной женой, либо бесправной наложницей!
— Тише, русская! — мужчина сминает мои скулы и горячим дыханием опаляет губы.
— Да пошёл ты! — вырываюсь из железной хватки, но все бесполезно.
Передо мной только леденящий душу взгляд голубых глаз этого варвара и его касания.
— Ты не имеешь никакого права на меня!
— Имею! — рычит и большим пальцем обводит мои губы. — Ты — уплата моего долга, русская! И станешь моей женой!
— Нет! — вскрикиваю душой и сердцем. — Никогда! Слышишь? Никогда! — ору ему в лицо, пытаясь вырваться. Вместо этого мой пленитель жмется губами к моему ушку и шепчет:
— Выбирай: либо быть моей послушной женой, либо бесправной наложницей!
— Я тебе изменил. И люблю другую.
Растерянно моргаю.
— Какую ещё другую?
— Это не имеет значения, — отрезает.
— Что значит «не имеет значения»? Я думала, мы семья, а ты…
— Перестань драматизировать, Лана. И давай без этих твоих круглых глаз. Не делай вид, что в шоке. Ты же всегда понимала, что слишком скучная для меня. Серая мышка. Будем объективны: ты не дотягиваешь. У тебя лишний вес, эти вечно отросшие корни… Да мне, Лан, элементарно вывести тебя в люди стыдно!
Унижение. Боль. Развод.
Я уехала на стажировку в Париж, увезя с собой тайну под сердцем. А спустя пять лет вернулась, и судьба снова свела нас с бывшим мужем.
У него своя успешная жизнь, у меня — жених.
И нас ничего больше не связывает, кроме близняшек…
Растерянно моргаю.
— Какую ещё другую?
— Это не имеет значения, — отрезает.
— Что значит «не имеет значения»? Я думала, мы семья, а ты…
— Перестань драматизировать, Лана. И давай без этих твоих круглых глаз. Не делай вид, что в шоке. Ты же всегда понимала, что слишком скучная для меня. Серая мышка. Будем объективны: ты не дотягиваешь. У тебя лишний вес, эти вечно отросшие корни… Да мне, Лан, элементарно вывести тебя в люди стыдно!
Унижение. Боль. Развод.
Я уехала на стажировку в Париж, увезя с собой тайну под сердцем. А спустя пять лет вернулась, и судьба снова свела нас с бывшим мужем.
У него своя успешная жизнь, у меня — жених.
И нас ничего больше не связывает, кроме близняшек…
— Ты умеешь? — он откинулся на спинку стула, глядя на меня с какой-то ленивой насмешкой. — Что ты умеешь? Толстушки типа тебя не добиваются ничего, кроме жалости. Ты думаешь, инвесторы вложатся? Они вложатся, да, в молоденьких, стройных девочек, у которых ноги до небес и улыбка как с обложки журнала. А ты... — он посмотрел на меня так, что я сжалась.
Слова били больнее пощёчин. Я стояла напротив, чувствуя, как во мне тает всё то счастье, которое только что грело сердце.
— Дим… зачем ты так? — прошептала я.
Он пожал плечами, сделал глоток вина и спокойно добавил:
— Я просто реалист. Кто, кроме меня, тебя выдержит? Никому ты не нужна, кроме меня. Только я один тебя люблю.
Слова били больнее пощёчин. Я стояла напротив, чувствуя, как во мне тает всё то счастье, которое только что грело сердце.
— Дим… зачем ты так? — прошептала я.
Он пожал плечами, сделал глоток вина и спокойно добавил:
— Я просто реалист. Кто, кроме меня, тебя выдержит? Никому ты не нужна, кроме меня. Только я один тебя люблю.
— Боже мой, — прислоняю прохладную ладонь ко лбу и шумно выдыхаю, — боже мой, Демидов, у нас дочь старше твоей любовницы. Господи.
А сам муж старше её больше чем на двадцать.
— Радочка, ты близко к сердцу не бери, — муж расправляет плечи.
Противно! Тошнить начинает от его тона!
Как будто я не застала его только что с в нашем доме с малолеткой.
— Ну что, Андрюш, — складываю руки на груди, — когда подаем на развод?
— Какой развод? — говорит он слащавым тоном, — ну какой развод? Живи, как и жила. Довольствуйся ролью жены, а Настя будет для удовольствия.
Ну уж нет, милый! Ты перечеркнул двадцать лет брака ради малолетки, а я перечеркну твою жизнь. И мне в этом кое-кто поможет.
А сам муж старше её больше чем на двадцать.
— Радочка, ты близко к сердцу не бери, — муж расправляет плечи.
Противно! Тошнить начинает от его тона!
Как будто я не застала его только что с в нашем доме с малолеткой.
— Ну что, Андрюш, — складываю руки на груди, — когда подаем на развод?
— Какой развод? — говорит он слащавым тоном, — ну какой развод? Живи, как и жила. Довольствуйся ролью жены, а Настя будет для удовольствия.
Ну уж нет, милый! Ты перечеркнул двадцать лет брака ради малолетки, а я перечеркну твою жизнь. И мне в этом кое-кто поможет.
— Это что? — я смотрю на две полоски на тесте. — Похоже, сюрприз, — улыбаюсь сама себе.
Я должна была рассказать мужу о беременности на венчании. На нашем празднике, который мы так ждали.
Но вместо этого услышала за дверью его голос:
— Какие у тебя горячие губки… ну просто блаженство!
И смех. Его и её. Любовницы. Прямо в день нашего венчания.
Беременность. Предательство. Измена. Я не простила. И не прощу.
Теперь я знаю: никакая клятва, никакие слова не спасут того, кто предал.
Я должна была рассказать мужу о беременности на венчании. На нашем празднике, который мы так ждали.
Но вместо этого услышала за дверью его голос:
— Какие у тебя горячие губки… ну просто блаженство!
И смех. Его и её. Любовницы. Прямо в день нашего венчания.
Беременность. Предательство. Измена. Я не простила. И не прощу.
Теперь я знаю: никакая клятва, никакие слова не спасут того, кто предал.
– Я люблю тебя, а не Виолетту. В конце концов, я же на тебе женился, а не на ней!
– Погоди, – рассуждения мужа восхитительны, – Если ты ее не любишь, то какого черта ты с ней спишь?
– Потому что я устаю от тебя. Понимаешь, Рита, – вздыхает муж и так устало на меня смотрит, – Ты и правда красивая, грамотная, начитанная, изысканная… Все при тебе… Но если, например, провести аналогию с едой… Ты – деликатес, типа устриц. Это прекрасно, утонченно, но жрать такое постоянно – не вариант. А Виолетта – она простая, как свиная рулька с пивом. И да, рулька по выходным – это идеально. Но в остальные дни – только устрицы!
– Погоди, – рассуждения мужа восхитительны, – Если ты ее не любишь, то какого черта ты с ней спишь?
– Потому что я устаю от тебя. Понимаешь, Рита, – вздыхает муж и так устало на меня смотрит, – Ты и правда красивая, грамотная, начитанная, изысканная… Все при тебе… Но если, например, провести аналогию с едой… Ты – деликатес, типа устриц. Это прекрасно, утонченно, но жрать такое постоянно – не вариант. А Виолетта – она простая, как свиная рулька с пивом. И да, рулька по выходным – это идеально. Но в остальные дни – только устрицы!
— Стас, это что?
— Лен, ты не понимаешь… это всего лишь ассистентка!
— В кабинете? На столе? Не позорься, милый!
Я поймала мужа на измене прямо в больнице, где мы работаем вместе.
Двадцать пять лет брака — перечёркнуты одной блондинкой с липовым дипломом.
Он оправдывался: «Мужик я, мне надо!». А потом решил выставить виноватой меня.
Но я — психиатр. Я умею ставить диагнозы.
И мой диагноз прост: измену я не прощу.
— Лен, ты не понимаешь… это всего лишь ассистентка!
— В кабинете? На столе? Не позорься, милый!
Я поймала мужа на измене прямо в больнице, где мы работаем вместе.
Двадцать пять лет брака — перечёркнуты одной блондинкой с липовым дипломом.
Он оправдывался: «Мужик я, мне надо!». А потом решил выставить виноватой меня.
Но я — психиатр. Я умею ставить диагнозы.
И мой диагноз прост: измену я не прощу.
Андрей заигрался в запрещенном интернет пространстве и внезапно сам стал жертвой – его продали в рабство роскошной властной Ирине. Вот только он пока сам не может понять, плохо это или ему по кайфу!
Мой рейс в Шереметьево задерживался по техническим причинам на несколько часов.
Я решила пройтись по бутикам "Дьюти-фри".
Но вдруг мой взгляд остановился на, "до боли" знакомой фигуре со спины.
Рубашка "с пальмами" сбивала с толку.
- Илья? Муж мой! Ты как здесь оказался?
- А, я ?...Ну планы изменились.
- В смысле? И что у тебя за вид? Весь в пальмах! Обезьянок не хватает, хотя одна под рубашкой! Ты же в командировке в Питере!
- Очень долго объяснять пожалуй, - его голос дрожал.
Я даже заволновалась, всё ли с ним в порядке?
Но тут к нам "подлетела" девушка на высоченных каблуках, на "полусогнутых" от этого ногах!
- Дорогая, это Вика, она моя секретарша. Она "отбилась" от своей туристической группы. Она попросила меня помочь. И с ней долететь до острова Пхукет.
- Ты наверное думаешь я в это поверю?
- "Заяц", кто эта женщина? Я сейчас ничего не понимаю! - воскликнула его любовница.
- Это не женщина! Это моя жена!
- Ты же говорил, вы давно в разводе?!
Я решила пройтись по бутикам "Дьюти-фри".
Но вдруг мой взгляд остановился на, "до боли" знакомой фигуре со спины.
Рубашка "с пальмами" сбивала с толку.
- Илья? Муж мой! Ты как здесь оказался?
- А, я ?...Ну планы изменились.
- В смысле? И что у тебя за вид? Весь в пальмах! Обезьянок не хватает, хотя одна под рубашкой! Ты же в командировке в Питере!
- Очень долго объяснять пожалуй, - его голос дрожал.
Я даже заволновалась, всё ли с ним в порядке?
Но тут к нам "подлетела" девушка на высоченных каблуках, на "полусогнутых" от этого ногах!
- Дорогая, это Вика, она моя секретарша. Она "отбилась" от своей туристической группы. Она попросила меня помочь. И с ней долететь до острова Пхукет.
- Ты наверное думаешь я в это поверю?
- "Заяц", кто эта женщина? Я сейчас ничего не понимаю! - воскликнула его любовница.
- Это не женщина! Это моя жена!
- Ты же говорил, вы давно в разводе?!
Русская фантастика онлайн
Выберите полку для книги