Читать и слушать книги

— Папа! Дом Лики сожрал монстр-огонь и теперь она бездомная, как та кошка с помойки около дома бабушки. Можно мы ее себе возьмем?
– Кого? – опешил растерянный отец. – Кошку?
– Нет, – нахмурилась девочка. – Лику!
******
Он не рыцарь. Он — человек, у которого нет времени на чувства. Он предлагает ей крышу над головой лишь на одну ночь. Взамен — помощь с дочерью.
Но одна ночь растягивается на недели. Под одной крышей оказываются двое взрослых, и один маленький ребёнок, который твёрдо верит, что они могут стать семьёй.

— Ты одна? Где Кристина?
— Тетя Клистина в машине. Она сказая, что вы злой. А я хотея собачку погладить.
— Саша, я не твой папа. Тетя Кристина ошиблась.
— Я знаю. — Она погладила Рекса. — У меня нет папы. Я плывыкля.
У меня внутри все перевернулось. Шесть лет — а говорит как взрослая.
— А мама?
— Мама занята. Она музиков ищет, а я мешаю. Когда дядя плиходил, я должна была тихо сидеть. Или у бабы Шулы. А баба Шула сталая...
— Где она сейчас?
— Умела. — Буднично так, будто про погоду. — Я у нее жила, пока мама музиков искала. А потом меня в детский дом заблали. Мама плиходила один лаз. Сказала, что ей надо зизнь налазивать, а я подозду. Я зду..
(это не ошибки, малышка плохо выговаривает буквы)

Спасибо, что читаете мои рассказы!
Для постоянных читателей скидки и бонусы.
Присоединяйтесь, будет много интересного!

Под окнами моего офиса каждый вечер сигналит чужой «Ламборгини». Чтобы отвязаться, я соврала: замужем за своим вредным боссом. Наутро он принёс контракт на фиктивный брак. С проживанием. С пунктом «супружеский долг» по расписанию и строжайшим запретом на соблазнение. А теперь вопрос: кто придумал это дурацкое правило, если от его взгляда у меня плавится процессор? Честно, жарко до мурашек, напряжение выше крыши — не оторваться, пока последняя страница не задымится.

Мамин номер до сих пор у меня в телефоне. Иногда захожу в контакты и смотрю на него. Не удаляю. Не могу.

Мы были обычной семьёй. Мама жила в деревне, я — в городе. Работа, квартира, карьера. Я думала, что всё успею. Что мама никуда не денется. Что она крепкая — всю жизнь была крепкой.

Последний раз я приехала к ней в сентябре. Привезла продукты, поела борща, переночевала одну ночь. Уехала утром — опаздывала на летучку. Мама стояла у калитки и махала рукой. Я видела её в зеркало заднего вида. До поворота.

Это был апрель. Восемь месяцев прошло.

— Ты всё это время врал мне, — сказала Алина, глядя на экран телефона.

— Полгода, — продолжила она. — Полгода ты выводил деньги. Оформлял кредиты на моё имя. Готовил банкротство клиники. Я нашла всё.

Игорь усмехнулся. Нервно, зло.

— А ты думала, я буду вечно ждать, пока ты с этими своими детьми, с пациентами, с клиникой?

— И поэтому ты решил оставить меня без всего?

— Я решил начать свою жизнь. Без тебя.

Игорь засмеялся.

Алина смотрела на него и не узнавала. Чужой человек. Чужое лицо. Чужие глаза.

История о том, что самое страшное предательство — от того, кто спал с тобой в одной постели. И о том, что настоящее чудо — это просто быть рядом.

– София, не надо делать вид, что не замечаешь меня. Эй! Я к кому обращаюсь? – всё никак не унимался бывший.
– Оставь меня в покое.
Ага, оставит он меня, а как же!
– Так, София, успокойся и послушай меня. Ещё ни одна женщина не смела ни то что поднять на меня руку, но даже косо посмотреть в мою сторону, а я...
– А мужчина на тебя руку поднимал, или я буду у тебя первым?
Лев, буквально вклинившись между нами, спрятав меня за своей широкой спиной, сложил руки на груди, с презрением взирая на притихшего Макара.
– Ну? Чего молчим? И чего лезем к чужой женщине?
– Не понял... К какой женщине?
– К моей. Видишь ли, теперь я претендую на эту красавицу, а конкуренты мне не нужны, тем более такие жалкие на вид.

За окном моего офиса моросит октябрьский дождь. Я люблю такую погоду. Она успокаивает, настраивает на рабочий лад.
Дверь офиса открывается, и в помещение врывается порыв холодного воздуха вместе с девушкой.
– Здравствуйте! Проходите, пожалуйста.
– Расскажите, какой отдых вы предпочитаете?
– Романтичный, – выдыхает Кристина, и ее глаза загораются. – Очень романтичный. Понимаете, это будет сюрприз. Для моего... для моего любимого мужчины.
– Меня зовут Кристина, – произносит она, и я замечаю, как дрожат ее руки. – Я хочу... Мне нужна путевка в Турцию. На двоих. На конец ноября.
Кристина разблокирует телефон – я замечаю, что руки ее дрожат еще сильнее – и протягивает мне экран.
– Вот, смотрите. Вот он.
Я беру телефон и смотрю на экран.
На фотографии – Игорь. Мой муж. Мой Игорь. Он обнимает девушку, которая сидит напротив меня. Обнимает Кристину.

Тарелка наклоняется, и горячий борщ с тихим бульканьем льется прямо на брюки мужчины.
Несколько секунд завороженно смотрю на то, как это происходит, а затем Геракл подскакивает на ноги и начинает громко орать.
– Ты что, рехнулась?! Ты меня кипятком ошпарила! Ты хоть знаешь, сколько эти брюки стоят?!
С ужасом смотрю, как он оттопыривает пальцами ткань чуть выше колен, и не могу произнести ни слова.
– Немедленно позови администратора! Слышишь? – Геракл бешено вращает глазами и вводит меня в еще больший ступор, – ты немая что ли?! Ау, очнись, говорю!

Из-за наглого выскочки я осталась без работы, и теперь вынуждена прислуживать богатой старухе. Но разве я могла знать, чем мне это грозит?!

Он — полковник и он привык, что все его решения всегда правильные. И в один из дней вернувшись «с учения» домой он вычеркнул жену и дочку из своей жизни, даже не подозревая, что жена тоже беременна, как и его любовница… Но однажды его мир, рухнул...
Теперь он готов пойти на всё, чтобы вернуть тех, кого предал. Только вот бывшая жена уже не та сломленная женщина, которую он оставил. Она научилась быть сильной, и в её новой жизни для предателя может не оказаться места. Сможет ли он отвоевать прощение или навсегда останется на руинах своих ошибок ?