Читать и слушать книги
Его называют «босс–монстр», но в своём деле он один из лучших.
Регина мечтает пройти у него стажировку, только он не берёт стажёров.
Тогда девушка идёт на хитрость и устраивается к нему временной секретаршей, которые меняются у него со скоростью ветра.
Регина выполняет его поручение, нарывается на рык: «Уволена»! Они оказываются заперты в лифте.
И тут между ними происходит самое пикантное …..
Регина мечтает пройти у него стажировку, только он не берёт стажёров.
Тогда девушка идёт на хитрость и устраивается к нему временной секретаршей, которые меняются у него со скоростью ветра.
Регина выполняет его поручение, нарывается на рык: «Уволена»! Они оказываются заперты в лифте.
И тут между ними происходит самое пикантное …..
Я создала аромат, который должен был стать легендой, но мой муж присвоил формулу себе, получил престижную премию и выставил меня за дверь, назвав бездарностью. Оставшись без имени и права на профессию, я иду к его главному врагу — главе холдинга «Monolith», человеку, у которого, по слухам, нет ни сердца, ни обоняния. Его условие: я должна создать парфюм, который заставит его почувствовать хоть что-то.
— Ты уже большая девочка. Берёшь любого мальчика, всего на одну ночь. Пользуешься, получаешь удовольствие. Посмотри, все так делают, — обводит рукой зал ночного клуба Илона. — Любой будет счастлив, поверь, — и её губы уже растягиваются в хищной улыбке, когда она ловит на себе голодный взгляд восточного красавчика. — Надо любить себя, понимаешь? — небрежно привстаёт она с барного стула, чуть поводя бедром.
Я с ней совершенно согласна. Надо любить себя.
Но я чувствую себя не в своей тарелке в этой танцующей и веселящейся толпе.
Вскидываю глаза.
И вдруг ловлю на себе мужской взгляд.
Сердце словно сжимает невидимая стальная рука.
Кажется, на секунду я забываю, как дышать…
***
Подруга вытащила меня по горящей путёвке в Египет, чтобы я сменила обстановку. Отошла от токсичных отношений, в которых я увязла, как муха в сиропе.
Но я и подумать не могла, что эти несколько дней перевернут всю мою жизнь…
Я с ней совершенно согласна. Надо любить себя.
Но я чувствую себя не в своей тарелке в этой танцующей и веселящейся толпе.
Вскидываю глаза.
И вдруг ловлю на себе мужской взгляд.
Сердце словно сжимает невидимая стальная рука.
Кажется, на секунду я забываю, как дышать…
***
Подруга вытащила меня по горящей путёвке в Египет, чтобы я сменила обстановку. Отошла от токсичных отношений, в которых я увязла, как муха в сиропе.
Но я и подумать не могла, что эти несколько дней перевернут всю мою жизнь…
Мужчина, на которого упал похотливый взор ведьмы, обречён. Он попадает в плен её женских чар, её похоти, её желаний. Несчастный теряет волю, он жаждет лишь сладких объятий, страстных поцелуев и бесподобного тела ведьмы. Отныне мужчина думает только о том, как доставить удовольствие своей ведьме, он мечтает слышать её страстные стоны и своё имя, произнесённое на пике удовольствия.
Смыслом жизни становится ведьма, ради её улыбки, взгляда поцелуя он готов на всё. Дверь открыта, он может уйти, но никогда не уйдёт.
Внимание!
Ведьмы не отличаются скромностью, порядочностью и целомудрием, поэтому обратите внимание на ограничение 18+ и #эротика, временами будет жестко.
Смыслом жизни становится ведьма, ради её улыбки, взгляда поцелуя он готов на всё. Дверь открыта, он может уйти, но никогда не уйдёт.
Внимание!
Ведьмы не отличаются скромностью, порядочностью и целомудрием, поэтому обратите внимание на ограничение 18+ и #эротика, временами будет жестко.
Я предала свой Ковен, чтобы спасти невинную жизнь, и заплатила за это всем: своей магией, статусом и будущим. Истекая кровью и преследуемая бывшими сестрами, я добровольно шагнула на чужую территорию. Я шла к оборотням за милосердием, надеясь найти спасение в лапах их вожака.
Но я ошиблась.
Для Ника я не беженка, а враг, которому нет прощения в его мире. Вместо спасения я нашла его жгучую ненависть, а вместо убежища — плен. Теперь я его трофей, запертый в четырех стенах, игрушка для допросов и объект его ярости.
Он обещал, что я пожалею о каждом своем вздохе. Но почему тогда его прикосновения обжигают сильнее магии, а инстинкт «истинной пары» заставляет его рычать от жажды обладания?
Ковен уже близко. Они идут, чтобы забрать то, что принадлежит им. И теперь наш «последний мост» — это либо смерть, либо страсть, способная испепелить саму Печать Отречения.
Но я ошиблась.
Для Ника я не беженка, а враг, которому нет прощения в его мире. Вместо спасения я нашла его жгучую ненависть, а вместо убежища — плен. Теперь я его трофей, запертый в четырех стенах, игрушка для допросов и объект его ярости.
Он обещал, что я пожалею о каждом своем вздохе. Но почему тогда его прикосновения обжигают сильнее магии, а инстинкт «истинной пары» заставляет его рычать от жажды обладания?
Ковен уже близко. Они идут, чтобы забрать то, что принадлежит им. И теперь наш «последний мост» — это либо смерть, либо страсть, способная испепелить саму Печать Отречения.
Тайна арены скрывает больше, чем кровавые бои. Сариме, рабыня с опасным даром, должна усмирять диких воинов, чья ярость меркнет перед их запретным желанием. Ее прикосновение исцеляет раны и пробуждает древнюю магию, способную разрушить или освободить. В мире, где тело — награда, а любовь — оружие, страсть становится тюрьмой… или ключом к невероятной силе, способной сжечь дотла даже власть демона.
В книге много кекса🔥 осторожнее
Впроцессник, выкладка минимум раз в неделю.
В книге много кекса🔥 осторожнее
Впроцессник, выкладка минимум раз в неделю.
Свет софитов медленно разливается по сцене. Толпа взрывается аплодисментами.
Гитары рычат, барабаны бьют в такт моему пульсу. Я закрываю глаза на мгновение, впитывая эту энергию — энергию тысячи людей, которые сейчас ждут лишь моего голоса. И когда первые ноты песни заполняют пространство, я начинаю петь.
Слова льются из моего рта — и вдруг пробивают насквозь, с новой, неведомой силой. Всё потому, что я вижу её — девушку на самом верху.
Круглый небольшой подиум, а в центре — пилон. И на нём она творит нечто такое, от чего перехватывает дыхание.
Она двигается так, что невозможно оторвать взгляд. Крутится вокруг пилона, выгибается в немыслимых позах, исполняет шпагаты с лёгкостью и грацией, будто гравитация для неё — лишь условность. Её дыхание сливается с мелодией, её движения — с ритмом моей песни.
Гитары рычат, барабаны бьют в такт моему пульсу. Я закрываю глаза на мгновение, впитывая эту энергию — энергию тысячи людей, которые сейчас ждут лишь моего голоса. И когда первые ноты песни заполняют пространство, я начинаю петь.
Слова льются из моего рта — и вдруг пробивают насквозь, с новой, неведомой силой. Всё потому, что я вижу её — девушку на самом верху.
Круглый небольшой подиум, а в центре — пилон. И на нём она творит нечто такое, от чего перехватывает дыхание.
Она двигается так, что невозможно оторвать взгляд. Крутится вокруг пилона, выгибается в немыслимых позах, исполняет шпагаты с лёгкостью и грацией, будто гравитация для неё — лишь условность. Её дыхание сливается с мелодией, её движения — с ритмом моей песни.
Жизнь подкинула Глебу задачку не из легких: нужно за вечер отыскать жену. Лида же горела местью и готова была на всё. Одна искра, одно случайное столкновение – и вот она уже жена Глеба.
Фиктивный брак, ничего личного, но почему тогда сердце предательски замирает, а в груди разгорается ревнивый пожар?
Да и Глеб хорош: собственник до мозга костей, ещё и тянет к ней, как магнитом... Только вот у неё уже есть любимый…
Фиктивный брак, ничего личного, но почему тогда сердце предательски замирает, а в груди разгорается ревнивый пожар?
Да и Глеб хорош: собственник до мозга костей, ещё и тянет к ней, как магнитом... Только вот у неё уже есть любимый…
Остался последний экзамен и меня ждали зимние каникулы в горах. Снег. Склон. Свобода. Всё шло по плану и ничего не предвещало беды, но я попала под прицел Максима Одинцова. Половина девчонок академии пускали слюни, пытаясь привлечь внимание красавчика. А я просто взяла и врезалась в его тело. Не ожидая, что он в моё сердце. Мне стоило держаться от него подальше. Но, что делать когда чувства, как лавина, накрыли с головой, превращаясь в зависимость?
— Говорят, ты бесчувственный мажор. — Не в бровь, а в глаз била Арья.
— Говорят, ты сбежала из психушки. — Уколол Макс наболевшей для неё шуткой.
— Тогда держись от меня подальше.
— Точняк, подойдёшь ближе чем на метр — пожалеешь! — Ответил он ей той же монетой.
— Говорят, ты бесчувственный мажор. — Не в бровь, а в глаз била Арья.
— Говорят, ты сбежала из психушки. — Уколол Макс наболевшей для неё шуткой.
— Тогда держись от меня подальше.
— Точняк, подойдёшь ближе чем на метр — пожалеешь! — Ответил он ей той же монетой.
— Ты изменял… — шепчу, голос не хочет прорываться.
— Говорю же: нет. Обидно, что ты меня в этом подозреваешь.
— Физически, может быть. А мысли? Лежал со мной, а думал о ней? Просил меня подбирать галстуки, вглядывался в зеркало, просил поправить воротник. Я готовила тебя для неё?
— Ксюша, ты всё перевираешь. Должность обязывает так собираться, — Антон объясняет, словно ребёнку.
— Значит, она с работы?
— Да, новый юрист. Умная, культурная, тебе бы она понравилась.
Освобождаю свои руки, хочу подняться, но пока не знаю, получится ли.
— А возраст?
Тут с него немного спадает восторженность, которую, видимо, ожидал, рассказывая, как ценит моё понимание.
— Моложе нас, но это ни о чём не говорит.
— Спасибо за подробный рассказ о женщине, которая меня заменит. — Наконец встаю с дивана. — Буду спокойна, что ты попадаешь в хорошие руки. Разве мне не стоит радоваться, что у человека, которого я люблю, всё складывается хорошо?
Антон говорит, что не изменяет, но я понимаю: бывает хуже
— Говорю же: нет. Обидно, что ты меня в этом подозреваешь.
— Физически, может быть. А мысли? Лежал со мной, а думал о ней? Просил меня подбирать галстуки, вглядывался в зеркало, просил поправить воротник. Я готовила тебя для неё?
— Ксюша, ты всё перевираешь. Должность обязывает так собираться, — Антон объясняет, словно ребёнку.
— Значит, она с работы?
— Да, новый юрист. Умная, культурная, тебе бы она понравилась.
Освобождаю свои руки, хочу подняться, но пока не знаю, получится ли.
— А возраст?
Тут с него немного спадает восторженность, которую, видимо, ожидал, рассказывая, как ценит моё понимание.
— Моложе нас, но это ни о чём не говорит.
— Спасибо за подробный рассказ о женщине, которая меня заменит. — Наконец встаю с дивана. — Буду спокойна, что ты попадаешь в хорошие руки. Разве мне не стоит радоваться, что у человека, которого я люблю, всё складывается хорошо?
Антон говорит, что не изменяет, но я понимаю: бывает хуже
Выберите полку для книги