Читать и слушать книги

— А вы новенькая? — спросил он, и ямочка на его щеке стала глубже.
— А вы опоздали, господин Саввич, — выпалила я, не успев подумать.
Повисла тишина. А потом он расхохотался. Искренне, запрокинув голову, на весь этаж.
— Боже, она сделала мне замечание. Мне.
Он подошёл к моему столу, опёрся ладонями о столешницу, наклонился так близко, что я почувствовала его запах — древесный, с горчинкой.
— Как вас зовут, милая?
— Анастасия.
— Настя. Настёна, — протянул он, пробуя моё имя на вкус. — Я вас запомню.
И ушёл, оставив меня с колотящимся сердцем и чувством, что стены сдвинулись.
С этого дня он не оставлял меня в покое.

Он ворвался в мой первый рабочий день как хозяин — наглый, дерзкий, с улыбкой, от которой у любой нормальной женщины подгибаются ноги. Я дала себе слово не стать очередной игрушкой бессовестного мажора, который привык получать всё, что захочет. Вот только он не спрашивает разрешения — он просто берёт, а моё сопротивление для него лишь часть игры.

Она ткёт ковры, сидя на полу — хромая, нищая, привыкшая, что на неё не смотрят. Он вошёл в её мастерскую, положил деньги на станок и сказал то, чего она не ждала.

— Мне нужен ковёр. И ещё одно. К коврам оно отношения не имеет. Я хочу, чтобы ты вышла за меня.
— Ты сумасшедший.
— Может быть. Но отказов на свои предложения я не получаю.

Год в его доме в обмен на жизнь её умирающей матери. Он поклялся не трогать её против воли — и пообещал, что она сама придёт к его двери. Асият знает, что не придёт. Она разучилась хотеть. Вот только его руки уже сняли с неё то, что калечило сильнее хромоты, — стыд. И теперь распустить этот узел она не сможет.

Муж беспокоился, что я испорчу ему прием. Я только что застала его с любовницей, а он объяснял, как важно нам завтра появиться перед гостями вместе.

За восемь лет брака я научилась учитывать его желания. На этот раз подала на развод.

В приморском Вестмаре меня ждали тетка, работа с расписным стеклом и возможность больше не притворяться счастливой женой. Но Лоран попросил своего старшего брата уговорить меня вернуться.

Кассиан пришел поговорить о моем муже. Выслушал — и больше не произнес ни слова в его защиту.

Теперь я жду наших встреч. Замечаю, как меняется его голос, когда мы остаемся одни, и слишком долго помню каждое прикосновение. Мне хочется поцеловать его самой. А потом страшно от того, как сильно хочется остаться.

Довериться другому мужчине после измены трудно. Особенно когда у него та же фамилия.

Лоран еще надеется вернуть жену. Его мать уверена, что я должна сохранить мир в семье. И однажды Кассиану придется ответить им обоим, почему он больше не собирается

— Ты пришла.
— Я думала, что не приду.
— Но пришла.
— Да. Потому что там, внизу, я снова начинала прятаться.
— А здесь?
— Здесь я слышу себя. И больше не хочу убегать.
— Ты уезжаешь завтра?
— Да. Поезд в полдень.
— И всё?
— Нет. Всё только начинается.
— Ты вернёшься?
— Не знаю куда. Но я вернусь другой.
— Мы будем здесь. Каждую зиму.
— До следующего снега.
— До следующей тебя.

Теперь у Нади нет права на отказ — есть только правила, которые устанавливают другие. Боль, унижение и странная забота сплетаются в один клубок, и в этой темноте ей приходится искать ответ на вопрос, который она боялась задать себе раньше.
Это рассказ о том, как тишина и равнодушие снаружи могут оказаться страшнее любой клетки.

🔥 ЖЕСТКАЯ ЭРОТИКА 18+++
🔥БДСМ
🔥Властные мужчины с жесткими требованиями

Прошлое невозможно забыть. Я похоронил его на кладбище, выбив последнее «люблю», на холодном мраморе плиты. Так мне казалось, пока не появилась она… Незнакомка. Копия, как две капли воды похожая на мою жену. Живое воплощение моей потери, молящее о помощи. Здравый смысл требует прогнать её. Но она уже здесь. Проникла в сознание, став одержимостью, готовой сжечь меня изнутри.

Мой отец продал меня своему лучшему другу. Он дьявол. Он мой опекун. Он тот, кто сделает меня идеальной для себя.
Это будет обучение, в процессе которого я потеряю себя. Дьявол знает толк в извращениях. Он сожрет мою невинность и научит быть плохой девочкой.

– Он хоть целовал тебя уже?
Я ошарашенно моргаю.
– Ты с ума сошёл?.. Конечно нет! Я бы никогда не позволила!
– Вот и хорошо. Не хотелось бы убивать беднягу Алихана за то, что он прикоснулся к тому, что ему не принадлежит.
– Брат Наиль… что ты такое говоришь?..
Я вздрагиваю, когда его ладонь ложится мне на талию и одним движением дёргает ближе к его огромному телу.
– Сколько раз мне ещё повторить? – рычит он прямо мне в губы. – Не называй меня братом! Я не брат тебе!
– Но ты… ты же…
Наиль резко качает головой.
– Кровь у нас одна?
– Нет…
– Тогда перестань смотреть на меня так, будто сама не понимаешь, что между нами происходит.

Это неправильно.
У меня жених. Через месяц свадьба.
А Наиль…
Он племянник моего отчима. Запретный для меня.

Я пришла к нему, чтобы похудеть. А научилась быть желанной.
Мой муж называл меня бегемотом, а его отец называл меня богиней — и я поверила ему.
Когда он взял пригласил меня в сауну, а его друг вошел следом, я поняла: я не игрушка для них.
Я — их навязчивая идея, их общая тайна, и я хочу, чтобы они никогда не останавливались.

🍓 СТРОГО 18+ 🍓

- Попалась! Все! Не уйдешь! – и он нагибается, обнимает меня за колени и приподнимает.
- Эй! Поставь меня сейчас же на место! Немедленно! – как могу, колочу его по спине кулачками.
- Я лучше положу! – усмехается и кидает меня на кровать. – Ну, что? Четырнадцать секунд, говоришь?
Приземляюсь, но тут же сажусь и пячусь назад, глядя с ужасом, как он расстегивает на себе красную шубу Деда Мороза и хищно проводит большим пальцем по нижней губе.
Похоже, на этот раз я его довела…

Вы когда-нибудь встречали Новый год с человеком, которого ненавидите больше всего? А если оказались заперты с ним вдвоем и никто не знает, где вы?

У нас в настоящем одна общая проблема, а в прошлом – обиды, недопонимание и ошибки. И несчастные «четырнадцать секунд»…