Читать и слушать книги
— Ты станешь моей женой, — его шепот обжигает губы, лишая возможности дышать.
— Пошел к черту, Макар! — рычу в ответ, пытаясь вырваться.
Но он лишь сильнее вдавливает меня в стену, блокируя любое движение.
— Осторожнее на поворотах, пташка, — Макар усмехается. — Ты еще не поняла? Здесь нет «черта». Здесь есть только я. И ты — моя.
Мой мир стоил одиннадцать цифр на банковском счете отца. Теперь он не стоит ничего.
Макар Воронов не берет пленных. Он забирает трофеи.
Он запер меня в своей крепости и лишил всего: имени, одежды, права голоса. Он хочет, чтобы я сломалась. Чтобы признала в нем хозяина.
Я поклялась ненавидеть его до последнего вздоха. Но как не сгореть в этом огне, если от его ледяного взгляда кровь превращается в пламя?
— Пошел к черту, Макар! — рычу в ответ, пытаясь вырваться.
Но он лишь сильнее вдавливает меня в стену, блокируя любое движение.
— Осторожнее на поворотах, пташка, — Макар усмехается. — Ты еще не поняла? Здесь нет «черта». Здесь есть только я. И ты — моя.
Мой мир стоил одиннадцать цифр на банковском счете отца. Теперь он не стоит ничего.
Макар Воронов не берет пленных. Он забирает трофеи.
Он запер меня в своей крепости и лишил всего: имени, одежды, права голоса. Он хочет, чтобы я сломалась. Чтобы признала в нем хозяина.
Я поклялась ненавидеть его до последнего вздоха. Но как не сгореть в этом огне, если от его ледяного взгляда кровь превращается в пламя?
После трагической смерти мужа Екатерина с больным сыном переезжает в дом его брата Виталия, с собой она привозит свою племянницу – Дарью. Мужчина заботится о двух попавших в беду и оставшихся без средств женщинах и больном подростке, пока Екатерина пытается восстановить любовную связь с ним, прерванную много лет назад. Но она не знает, что главной одержимой целью Виталия является молодая талантливая Дарья. У девушки же в это время начинаются странные отношения с молодым мужчиной, который оказывается очень заинтересован в Виталии, Екатерине, смерти ее мужа и других тайнах этой семьи. Поддастся ли Дарья силе и власти Виталия или попытается бороться против него.
Жених бросил меня с миллионным долгом, назвав «жирной коровой», которая никому не нужна. В тот же вечер, ослепленная слезами, я въехала в бампер самого опасного мужчины города.
Тимур Гасанов. Миллиардер. Горец. Хищник, который не прощает ошибок.
Я ждала расправы, а получила… предложение. Ему срочно нужна фиктивная жена, чтобы оформить опеку над племянником. Мне — деньги, чтобы не пойти по миру. Сделка казалась идеальной. Я — «уютная и домашняя», совсем не в его вкусе, а значит, никаких проблем. Он одел меня в шелка, закрыл мои долги и уничтожил тех, кто меня обидел.
Мы договорились: только игра на публику. Никаких чувств. Никаких прикосновений. Но все пошло прахом, когда его семья приехала на неделю раньше. Теперь мы заперты в одной спальне. В одной кровати. И то, как этот суровый мужчина смотрит на меня в темноте, говорит об одном: пункт «не прикасаться» будет нарушен первым…
Тимур Гасанов. Миллиардер. Горец. Хищник, который не прощает ошибок.
Я ждала расправы, а получила… предложение. Ему срочно нужна фиктивная жена, чтобы оформить опеку над племянником. Мне — деньги, чтобы не пойти по миру. Сделка казалась идеальной. Я — «уютная и домашняя», совсем не в его вкусе, а значит, никаких проблем. Он одел меня в шелка, закрыл мои долги и уничтожил тех, кто меня обидел.
Мы договорились: только игра на публику. Никаких чувств. Никаких прикосновений. Но все пошло прахом, когда его семья приехала на неделю раньше. Теперь мы заперты в одной спальне. В одной кровати. И то, как этот суровый мужчина смотрит на меня в темноте, говорит об одном: пункт «не прикасаться» будет нарушен первым…
Я словно прислуга стою рядом, пока гость моет руки. Намыливается тщательно: от кончиков пальцев и чуть ли не до локтя.
– Как неудобно получилось, Дотнара. Что же теперь будет?
– Что ты вообще тут делаешь? – наконец выдавливаю я, преодолевая шок.
– Как что? Знакомлюсь с новыми родственниками. – его правая бровь подлетает вверх, а губы вновь искажает ухмылочка.
– Зачем ты все это затеял? – шиплю я, пребывая в полной уверенности, что это какой-то заговор.
– Что? – Вид ошарашенный. – Ты про кафе? Как же можно пройти мимо девушки с таким именем?
– Знаешь, у тебя тоже имя не особо заурядное! – вскипаю я. – Где твоя Людмила, Руслан?
***
Я ведь когда-то тебя ненавидела и мечтала, чтоб ты убрался из моей жизни по взмаху волшебной палочки. Теперь же, когда эта жизнь сломалась, как и мой позвоночник, а родная мать так занята новым ребенком, что хочет сдать меня в богадельню, не бросил меня только ты, ненавистный сводный брат. Ты стал моими крыльями. Причиной, по которой мое сердце все еще
– Как неудобно получилось, Дотнара. Что же теперь будет?
– Что ты вообще тут делаешь? – наконец выдавливаю я, преодолевая шок.
– Как что? Знакомлюсь с новыми родственниками. – его правая бровь подлетает вверх, а губы вновь искажает ухмылочка.
– Зачем ты все это затеял? – шиплю я, пребывая в полной уверенности, что это какой-то заговор.
– Что? – Вид ошарашенный. – Ты про кафе? Как же можно пройти мимо девушки с таким именем?
– Знаешь, у тебя тоже имя не особо заурядное! – вскипаю я. – Где твоя Людмила, Руслан?
***
Я ведь когда-то тебя ненавидела и мечтала, чтоб ты убрался из моей жизни по взмаху волшебной палочки. Теперь же, когда эта жизнь сломалась, как и мой позвоночник, а родная мать так занята новым ребенком, что хочет сдать меня в богадельню, не бросил меня только ты, ненавистный сводный брат. Ты стал моими крыльями. Причиной, по которой мое сердце все еще
- Хозяйка, выручай, заблудился я. Бензин в машине заканчивается, навигатор с пути совсем сбился, а телефон вообще сеть не ловит. Можно от тебя хотя бы помощь вызвать? А то, боюсь, снегом занесет, до весны искать будут…
И что тут скажешь?! Вроде огромный бугай, а вроде в беде…
И я, как назло, одна в доме…
- Хозяйка, замерзаю… - донеслось жалобное вдогонку.
И правда, одет был мужчина совсем не по погоде… Один, кажется, театральный костюм, и без куртки… Он переминался на пороге с ноги на ногу, того и гляди начнет отплясывать от холода…
И что тут скажешь?! Вроде огромный бугай, а вроде в беде…
И я, как назло, одна в доме…
- Хозяйка, замерзаю… - донеслось жалобное вдогонку.
И правда, одет был мужчина совсем не по погоде… Один, кажется, театральный костюм, и без куртки… Он переминался на пороге с ноги на ногу, того и гляди начнет отплясывать от холода…
Бывший полицейский знает, что такое несправедливость. Его карьера, честь и вера в закон разрушены одним подлым ударом. Он живёт в тени, не доверяя никому, пока в его жизнь не врывается перепуганная женщина с глазами полными ужаса.
Она – учительница, которая верила людям. И жестоко ошиблась. Ловкие мошенники обобрали её до нитки, оставив лишь долги и страх. Она и представить не могла, что её доверчивость обернётся кошмаром. Теперь за ней охотятся, и она не знает, кому верить.
Он не хочет никого спасать. Но не может пройти мимо её беды. Он – её последняя надежда. Она – его шанс снова почувствовать себя человеком, а не изгоем.
Их объединяет общая опасность и раны от предательства. Но с каждым шагом в расследовании, с каждой отражённой угрозой, между ними прорастает что-то хрупкое и запретное. Чтобы выжить и восстановить справедливость, им нужно довериться друг другу. Но самое сложное – довериться собственному сердцу, которое, казалось, очерствело навсегда.
Она – учительница, которая верила людям. И жестоко ошиблась. Ловкие мошенники обобрали её до нитки, оставив лишь долги и страх. Она и представить не могла, что её доверчивость обернётся кошмаром. Теперь за ней охотятся, и она не знает, кому верить.
Он не хочет никого спасать. Но не может пройти мимо её беды. Он – её последняя надежда. Она – его шанс снова почувствовать себя человеком, а не изгоем.
Их объединяет общая опасность и раны от предательства. Но с каждым шагом в расследовании, с каждой отражённой угрозой, между ними прорастает что-то хрупкое и запретное. Чтобы выжить и восстановить справедливость, им нужно довериться друг другу. Но самое сложное – довериться собственному сердцу, которое, казалось, очерствело навсегда.
— Брось истерику, Юля, — муж перехватил меня за запястья, встряхнул.
— Как ты посмел? — я дрожу в его хватке. — Притащить к нам в дом эту змею! Обниматься с ней при всех! Где ты её вообще откопал?!
— Она сама меня откопала, — проговорил он, а я таращилась на его шею.
Свежий след алой помады тянулся почти до самой скулы.
Меня перекосило от омерзения.
— Так и проваливай к ней! — прорычала я, пытаясь его оттолкнуть.
Он прищурился:
— Что, даже побороться за меня с призраком прошлого не захочешь?
— Ты моей борьбы не достоин!
В его взгляде полыхнуло тёмное пламя.
— Как же легко ты остыла, — процедил Соколов. — Стоило сопернице появиться, и любви больше нет?
— Как ты посмел? — я дрожу в его хватке. — Притащить к нам в дом эту змею! Обниматься с ней при всех! Где ты её вообще откопал?!
— Она сама меня откопала, — проговорил он, а я таращилась на его шею.
Свежий след алой помады тянулся почти до самой скулы.
Меня перекосило от омерзения.
— Так и проваливай к ней! — прорычала я, пытаясь его оттолкнуть.
Он прищурился:
— Что, даже побороться за меня с призраком прошлого не захочешь?
— Ты моей борьбы не достоин!
В его взгляде полыхнуло тёмное пламя.
— Как же легко ты остыла, — процедил Соколов. — Стоило сопернице появиться, и любви больше нет?
Я сажусь за стол, не решаясь открыть крышку ноутбука. Но в итоге любопытство пересиливает.
Муж действительно не особо скрывается. Через десять минут я сижу, заливаясь слезами, и читаю переписку Виктора с любовницей.
Его подружка, оказывается, понятия не имеет, что её ухажёр женат...
***
– Лен, у меня тут новости, – с улыбкой произносит супруг. – Я тебе забыл заранее сказать, но у нас послезавтра выездной корпоратив… Но я поеду один. Тебе там нечего делать.
Но я то знаю, что он поедет туда с любовницей… С девкой, которая перед их свиданием записалась в салон красоты, где работает моя подруга.
Муж действительно не особо скрывается. Через десять минут я сижу, заливаясь слезами, и читаю переписку Виктора с любовницей.
Его подружка, оказывается, понятия не имеет, что её ухажёр женат...
***
– Лен, у меня тут новости, – с улыбкой произносит супруг. – Я тебе забыл заранее сказать, но у нас послезавтра выездной корпоратив… Но я поеду один. Тебе там нечего делать.
Но я то знаю, что он поедет туда с любовницей… С девкой, которая перед их свиданием записалась в салон красоты, где работает моя подруга.
Авария на дороге. Я жду полицию в своей разбитой машине, а сумасшедшая блондинка колотит кулаками по капоту и орёт:
– Сейчас приедет мой муж, и он тебе объяснит кто из нас слепая дура!
Подъезжает чёрный внедорожник, из которого выходит Коля, мой муж. Но направляется не ко мне. А прямо к ней. Обнимает. Утешает. Защищает.
А потом поворачивается ко мне, и я с трудом выдавливаю:
– Кто это? Кто она тебе?
– Поговорим дома, – холодно отвечает он. – Не сейчас.
И незнакомка противно кричит:
– Коля, скажи ей правду!
Он не знал, что я попала в аварию. Он не знал, что я здесь. Он приехал спасать её.
Муж, значит.
Тогда кто он для меня?
– Сейчас приедет мой муж, и он тебе объяснит кто из нас слепая дура!
Подъезжает чёрный внедорожник, из которого выходит Коля, мой муж. Но направляется не ко мне. А прямо к ней. Обнимает. Утешает. Защищает.
А потом поворачивается ко мне, и я с трудом выдавливаю:
– Кто это? Кто она тебе?
– Поговорим дома, – холодно отвечает он. – Не сейчас.
И незнакомка противно кричит:
– Коля, скажи ей правду!
Он не знал, что я попала в аварию. Он не знал, что я здесь. Он приехал спасать её.
Муж, значит.
Тогда кто он для меня?
— Я понимаю вашу злость, — говорит Татьяна. — Но я хочу, чтобы вы знали — это не было... моей целью.
— А чем же?
— Случайностью. — Она переступает с ноги на ногу. Впервые выглядит неуверенно. — Которая затянулась.
— Случайностью, — повторяю я. — Случайно упали трусы? Случайно написали «ты моё спасение»? Случайно встречались полгода за моей спиной?
Краска заливает её лицо. Она, значит, не знала, что я читала переписку. Сюрприз.
— А чем же?
— Случайностью. — Она переступает с ноги на ногу. Впервые выглядит неуверенно. — Которая затянулась.
— Случайностью, — повторяю я. — Случайно упали трусы? Случайно написали «ты моё спасение»? Случайно встречались полгода за моей спиной?
Краска заливает её лицо. Она, значит, не знала, что я читала переписку. Сюрприз.
Выберите полку для книги