Читать и слушать книги
- Мария это вам! – и что вы думаете? Мария чуть не поплыла от вида этих самых ландышей.
Я уже руки в боксёрских перчатках потянула за цветами, но потом в голове, как набат, голос Петровича: «Смотри, Елизарова, никаких контактов перед боем, подсыпят что-нибудь и карьере конец!»
Смотрю на этого красаучика, лыбится, как майская роза. Да ты, наверное, казачок засланный… огляделась по сторонам, рядом никого, только мы вдвоём… ну сам напросился, нечего тут отравленные цветочки мне протягивать.
Развернулась и выписала этой улыбающейся морде прямой по корпусу, лови, гадёныш.
Вот только не знала я в тот момент, что расплачиваться мне придётся за этот поступок… да ещё и чем!
Чтобы я ему щи-борщи варила? Да я не знаю с какой стороны к плите подходить! Не по адресу претензии, дорогой!
Я уже руки в боксёрских перчатках потянула за цветами, но потом в голове, как набат, голос Петровича: «Смотри, Елизарова, никаких контактов перед боем, подсыпят что-нибудь и карьере конец!»
Смотрю на этого красаучика, лыбится, как майская роза. Да ты, наверное, казачок засланный… огляделась по сторонам, рядом никого, только мы вдвоём… ну сам напросился, нечего тут отравленные цветочки мне протягивать.
Развернулась и выписала этой улыбающейся морде прямой по корпусу, лови, гадёныш.
Вот только не знала я в тот момент, что расплачиваться мне придётся за этот поступок… да ещё и чем!
Чтобы я ему щи-борщи варила? Да я не знаю с какой стороны к плите подходить! Не по адресу претензии, дорогой!
С бывшем мужем, мы расстались, что назывется "полюбовно". Но оказалось, только до поры до времени. Мало того, что он подозрительно быстро женился, еще и ребенка завел. Пусть живет, как хочет? Согласна. Вот только он решил, что квартира, которая досталась после развода мне - ему теперь нужнее.
Мало лет, что я потратила на него впустую, теперь он меня еще и обобрать решил!
Я терпеть этого не намерена.
И в такой, острый для меня момент, вдруг появляется мой новый сосед и тоже начинает портить мне жизнь. Как же он меня бесит!
Мало лет, что я потратила на него впустую, теперь он меня еще и обобрать решил!
Я терпеть этого не намерена.
И в такой, острый для меня момент, вдруг появляется мой новый сосед и тоже начинает портить мне жизнь. Как же он меня бесит!
Настя не собиралась в отпуск.
В ее планах работа и первоначальный взнос по ипотеке.
Поездка в корпоративный отель была спонтанным и отчасти вынужденным решением.
Еще более нежданным событием оказалась встреча с боссом, который поселился в соседнем номере.
Сможет ли Настя расслабиться и отдохнуть или как ответственный сотрудник продолжит выполнять каждый приказ требовательного босса, несмотря на то, что они на море, а не в офисе?
В ее планах работа и первоначальный взнос по ипотеке.
Поездка в корпоративный отель была спонтанным и отчасти вынужденным решением.
Еще более нежданным событием оказалась встреча с боссом, который поселился в соседнем номере.
Сможет ли Настя расслабиться и отдохнуть или как ответственный сотрудник продолжит выполнять каждый приказ требовательного босса, несмотря на то, что они на море, а не в офисе?
– София, не надо делать вид, что не замечаешь меня. Эй! Я к кому обращаюсь? – всё никак не унимался бывший.
– Оставь меня в покое.
Ага, оставит он меня, а как же!
– Так, София, успокойся и послушай меня. Ещё ни одна женщина не смела ни то что поднять на меня руку, но даже косо посмотреть в мою сторону, а я...
– А мужчина на тебя руку поднимал, или я буду у тебя первым?
Лев, буквально вклинившись между нами, спрятав меня за своей широкой спиной, сложил руки на груди, с презрением взирая на притихшего Макара.
– Ну? Чего молчим? И чего лезем к чужой женщине?
– Не понял... К какой женщине?
– К моей. Видишь ли, теперь я претендую на эту красавицу, а конкуренты мне не нужны, тем более такие жалкие на вид.
– Оставь меня в покое.
Ага, оставит он меня, а как же!
– Так, София, успокойся и послушай меня. Ещё ни одна женщина не смела ни то что поднять на меня руку, но даже косо посмотреть в мою сторону, а я...
– А мужчина на тебя руку поднимал, или я буду у тебя первым?
Лев, буквально вклинившись между нами, спрятав меня за своей широкой спиной, сложил руки на груди, с презрением взирая на притихшего Макара.
– Ну? Чего молчим? И чего лезем к чужой женщине?
– Не понял... К какой женщине?
– К моей. Видишь ли, теперь я претендую на эту красавицу, а конкуренты мне не нужны, тем более такие жалкие на вид.
Мессенджер. Имя «Катя ❤️». Текст: «Соскучилась. Когда увидимся?»
Я стояла в спальне и смотрела на это уведомление.
Потом, не совсем понимая зачем, нажала на него.
Переписка открылась. Длинная. Я стала листать вверх.
Долго листала.
Очень долго.
Потом перестала. Закрыла мессенджер. Положила телефон на тумбочку — точно туда, где он лежал. Вышла из спальни. Прошла на кухню.
Поставила чайник.
Стояла и смотрела на то, как загорается индикатор нагрева.
Мне не было плохо. Не было больно — это пришло потом. Сейчас была странная ясность, как бывает, когда долго ищешь что-то и вдруг находишь: вот оно. Вот объяснение. Вот почему всё именно так.
Я стояла в спальне и смотрела на это уведомление.
Потом, не совсем понимая зачем, нажала на него.
Переписка открылась. Длинная. Я стала листать вверх.
Долго листала.
Очень долго.
Потом перестала. Закрыла мессенджер. Положила телефон на тумбочку — точно туда, где он лежал. Вышла из спальни. Прошла на кухню.
Поставила чайник.
Стояла и смотрела на то, как загорается индикатор нагрева.
Мне не было плохо. Не было больно — это пришло потом. Сейчас была странная ясность, как бывает, когда долго ищешь что-то и вдруг находишь: вот оно. Вот объяснение. Вот почему всё именно так.
За окном моего офиса моросит октябрьский дождь. Я люблю такую погоду. Она успокаивает, настраивает на рабочий лад.
Дверь офиса открывается, и в помещение врывается порыв холодного воздуха вместе с девушкой.
– Здравствуйте! Проходите, пожалуйста.
– Расскажите, какой отдых вы предпочитаете?
– Романтичный, – выдыхает Кристина, и ее глаза загораются. – Очень романтичный. Понимаете, это будет сюрприз. Для моего... для моего любимого мужчины.
– Меня зовут Кристина, – произносит она, и я замечаю, как дрожат ее руки. – Я хочу... Мне нужна путевка в Турцию. На двоих. На конец ноября.
Кристина разблокирует телефон – я замечаю, что руки ее дрожат еще сильнее – и протягивает мне экран.
– Вот, смотрите. Вот он.
Я беру телефон и смотрю на экран.
На фотографии – Игорь. Мой муж. Мой Игорь. Он обнимает девушку, которая сидит напротив меня. Обнимает Кристину.
Дверь офиса открывается, и в помещение врывается порыв холодного воздуха вместе с девушкой.
– Здравствуйте! Проходите, пожалуйста.
– Расскажите, какой отдых вы предпочитаете?
– Романтичный, – выдыхает Кристина, и ее глаза загораются. – Очень романтичный. Понимаете, это будет сюрприз. Для моего... для моего любимого мужчины.
– Меня зовут Кристина, – произносит она, и я замечаю, как дрожат ее руки. – Я хочу... Мне нужна путевка в Турцию. На двоих. На конец ноября.
Кристина разблокирует телефон – я замечаю, что руки ее дрожат еще сильнее – и протягивает мне экран.
– Вот, смотрите. Вот он.
Я беру телефон и смотрю на экран.
На фотографии – Игорь. Мой муж. Мой Игорь. Он обнимает девушку, которая сидит напротив меня. Обнимает Кристину.
— Дядя Сережа, а у тебя дети есть?
— Нет, Яська.
— Жалко. Ты был бы хороший папа...
***
Мне сорок один. Я — репродуктолог, мать-одиночка и женщина, которую предал муж. Я сделала ЭКО от анонимного донора, родила Ясю и пять лет жила спокойно…
А потом подруга подарила мне путевку на круиз, и мой «анонимный донор» оказался капитаном этого чертова лайнера. Он ничего не знает, Яся не знает, и я не знаю, как выжить следующие десять дней, глядя, как мой ребенок обнимает мужчину, который даже не подозревает, что он — ее отец.
— Нет, Яська.
— Жалко. Ты был бы хороший папа...
***
Мне сорок один. Я — репродуктолог, мать-одиночка и женщина, которую предал муж. Я сделала ЭКО от анонимного донора, родила Ясю и пять лет жила спокойно…
А потом подруга подарила мне путевку на круиз, и мой «анонимный донор» оказался капитаном этого чертова лайнера. Он ничего не знает, Яся не знает, и я не знаю, как выжить следующие десять дней, глядя, как мой ребенок обнимает мужчину, который даже не подозревает, что он — ее отец.
Любовь в сорок? Да, это прекрасно! Особенно когда у тебя идеальный муж, уютный дом и жизнь, расписанная по минутам. Но что, если эта новая, обжигающая страсть не имеет никакого отношения к твоему семейному счастью?
А тут еще и "отдушина" – тайные встречи с бывшим, тем самым, который когда-то разбил сердце. Ты убеждаешь себя, что это не измена мужу, а лишь сладкая месть той, что увела его много лет назад. Просто доказательство, что он ошибся.
Твоя жизнь – отлаженный механизм, но появление нового сотрудника в фирме грозит разрушить все, поселив в сердце вторую, совершенно неконтролируемую весну.
А тут еще и "отдушина" – тайные встречи с бывшим, тем самым, который когда-то разбил сердце. Ты убеждаешь себя, что это не измена мужу, а лишь сладкая месть той, что увела его много лет назад. Просто доказательство, что он ошибся.
Твоя жизнь – отлаженный механизм, но появление нового сотрудника в фирме грозит разрушить все, поселив в сердце вторую, совершенно неконтролируемую весну.
В тридцать шесть лет я поняла, что моя жизнь мне не принадлежит. Я была жилеткой, кошельком и безотказной помощницей для всей семьи. И тогда я сбежала. Выключила телефон и уехала в одинокий домик в Кавказских горах.
Я искала тишину. А нашла снежный плен и мужчину, который заставил меня вспомнить, каково это — быть слабой. Рустам спасает чужие жизни, но его собственная душа давно покрылась льдом.
Мы оказались заперты под одной крышей, и теперь нам придется снять свои маски. Сможет ли простая домашняя женщина с аппетитными формами растопить сердце сурового спасателя? И позволит ли он ей вернуться в прошлую жизнь, когда сойдут снега?
Я искала тишину. А нашла снежный плен и мужчину, который заставил меня вспомнить, каково это — быть слабой. Рустам спасает чужие жизни, но его собственная душа давно покрылась льдом.
Мы оказались заперты под одной крышей, и теперь нам придется снять свои маски. Сможет ли простая домашняя женщина с аппетитными формами растопить сердце сурового спасателя? И позволит ли он ей вернуться в прошлую жизнь, когда сойдут снега?
«Вероятность отцовства: 0.00%».
Они сделали этот неинвазивный тест «на всякий случай», шутя. Максим, ее Макс, обнял ее сзади, положив свои ладони поверх ее руки на животе.
«Наш с тобой шедевр» — сказал он, целуя ее в шею. Шедевр. Да. Только холст оказался ее, а краски… чужими.
Они сделали этот неинвазивный тест «на всякий случай», шутя. Максим, ее Макс, обнял ее сзади, положив свои ладони поверх ее руки на животе.
«Наш с тобой шедевр» — сказал он, целуя ее в шею. Шедевр. Да. Только холст оказался ее, а краски… чужими.
Выберите полку для книги