Читать и слушать книги

Мой отпуск должен был быть фееричным. Самым люксовым, лакшери, олл инклюзив. Потому что я планировала отметить свой развод с размахом.
Но у меня случился форс-мажор. Вернее… да что уж там, я потеряла паспорт перед самой регистрацией на рейс.
Мой Бали плакал… И я тоже. Но не долго. Потому что решила во что бы то ни стало отдохнуть. Но куда я без паспорта? Правильно! На деревню к бабушке, вернее – к подруге.
А там… А там меня ждал он. Молодой, наглый, дерзкий хам, да еще и с трактором!
В общем, давайте обо всём по порядку.

— Решай. Или ты продолжишь плакать под дождём, как брошенная кукла… или мы вместе покажем твоему бывшему, что такое настоящая боль.
Я долго молчала. Внутри меня боролись страх, стыд и что-то новое. Тёмное, горячее, почти возбуждающее. Я чувствовала властность Тимура. Его силу. Его ненависть к Паше, которая была такой же глубокой, как и моя боль.
Наконец я тихо, почти шёпотом, ответила: Я… согласна.
Тимур медленно улыбнулся. В этой улыбке не было тепла. Только хищный азарт и глубокое удовлетворение.
— Хороший выбор, — прошептал он.

Бывший предал меня, растоптал и выбросил, думая, что я сломаюсь. Но я попала в руки того, кого он ненавидит — его старшего сводного брата. Опасного и безжалостного Тимура Беркута. Наш союз начинался как холодная месть, но очень быстро превратился в одержимую, горячую и запретную страсть.
💥горячо и откровенно (строго 18+)
💥властный парень и нежная героиня
💥месть бывшему
💥заслуженный хэппи энд

- Где мои внуки? – сухо уточнила я, встретившись взглядом с мужчиной, которого не особо желала видеть. Бесил так, что еле сдерживалась.
- Какие внуки? – он сделал вид, что удивлен.
- С дороги! – потребовала и поперла танком, отпихивая этого козла, который решил присвоить моих внуков. Даже не стала указывать на очевидное. На детскую обувь, которую заметила в коридоре.
- Куда пошла?! – последовал гневный рык. – Стоять!
- В казарме своей командовать будешь! – огрызнулась я, даже не обернувшись. Потому что уже увидела своих внучат.
*****
Вот уж не ожидала, что сын с невесткой устроят мне подлянку. И, отправившись на отдых, подкинут моих внуков отцу невестки. А я? А как же я? Я ведь бабушка! Как крошки без меня? Один на один с этим генералом до мозга костей. Уверена, что устроит детям казарму. Поэтому и направилась за своими внуками. Так что, генерал, не отдашь по-хорошему, устрою по-плохому. Поселюсь на территории противника и посмотрим, кто кого!

Бывший продолжает смотреть на меня, и у меня мурашки бегут по спине. Кажется, даже блузка вспотела под мышками.
— Ответь: чей это ребёнок и какого черта ты решила, будто можешь повесить его на меня?
Повесить… на него?! Смысл его фразы до меня доходит медленно. Вот значит, что он думает?
Ярость вспыхивает мгновенно. Как он смеет вообще заявлять, будто я использую дочь, чтобы… чтобы…
Я хватаю со стола стакан с водой и выплескиваю её прямо ему в лицо. А затем выбегаю из кабинета.

Когда-то мой бывший изменил мне. Когда-то я не успела рассказать ему, что ношу под сердцем нашу дочь. Через восемь лет его будущая политическая карьера летит в тартарары, и он снова вламывается с ноги в мою жизнь. Но я не могу позволить ему вернуться, как ни в чем не бывало, даже если наша дочь очень этого хочет! Или?..

– В следующий раз я лично тебя придушу! – рыкнула взбодрившемуся после лечения сыну и поехала обратно к себе в клинику.
– Фу-у-урия! – нежно протянул вслед ребёнок.
– Ни фига себе, твою мать, – выдал его непуганый приятель.
А корзиночка моя тяжело вздохнула:
– Как бы да. Это моя мать.
– Какая женщина! Мечта!

Столкнувшись с доктором Чудской, он смог оценить черный юмор Вселенной: уважать и восхищаться собратом по оружию и влюбиться без памяти, увидев его жену за работой – что может горчить сильнее?
Но честь офицера – не пустой звук, так что у запретной любви нет шансов.
Или?
К счастью, в жизни все не так, как кажется на первый взгляд.

– Карина! – орет Гриша под окнами роддома. – У меня сын! Сын!
Стою в палате с новорожденным сыном на руках и смотрю во двор. Там мой муж, приехал поздравить меня… вместе с какой-то расфуфыренной женщиной.
Да только она не поздравляет. Она тащит его обратно в машину.
– Гриш, ну хватит уже! Поздравил, достаточно. Поехали!
А тот и не сопротивляется.
– Гриша! – зову.
Он поднимает голову.
– Это кто?
Но незнакомка отвечает первой:
– Никуда эта баба и твой сын не денутся, – произносит демонстративно громко, на весь двор. – Поехали уже…
– Завтра приеду, – машет мне муж досадливо. – Наверное…
И в этот момент я понимаю, что мужа у меня больше нет.
И отца у моего сына тоже.
Но Гриша оказался с этим не согласен.
– Да кому ты нужна в таком состоянии? – заявил, когда я отказалась возвращаться в его квартиру. – Вот Лиза хотя бы адекватна… Надо будет, и без тебя обойдусь. Сыну мать не обязательно нужна.

Щёлкнув выключателем, я поняла, что свет отключили во всём подъезде.
Вдруг сердце сделало толчок в рёбра и замерло в предчувствии, что вот-вот должно что-то произойти.
По спине побежали мурашки, моё тело напряглось, отчётливо понимая, что не я уже одна...
За мной в квартиру проскользнула тень.
Дверь захлопнулась, и наступила тишина, в которой было отчётливо слышно чужое дыхание.
Я зажмурилась, боясь пошевелиться.
Уши заложило от ужаса.
Рука задрожала, и ключи упали на пол с оглушающим звоном.
— Кто ты?
— Леон. Я выполняю вчерашнее задание.
Мужской шёпот обволакивал.
Тихий, низкий тембр, с хрипотцой.
Я не могла ничего разглядеть в кромешной темноте, но чувствовала, что мужчина огромен.
Сердце снова забилось, и я судорожно вдохнула воздух, почувствовав аромат дорогого, пряного парфюма.

Я всю жизнь считала себя бетой.

Но одна диспансеризация разрушила всё.

Оказалось, я не бета. Я поздно раскрывшаяся омега. И мой истинный — Северин Астор, самый опасный Альфа академии, которого боятся даже преподаватели.

Он говорит, что мой запах сводит его с ума.

Я говорю, что не принадлежу ему.

Он держится на расстоянии, пока я требую: «Не подходи».

Но чем сильнее я сопротивляюсь, тем яснее понимаю: моё тело уже выбрало его.

А Северин слишком властный, слишком голодный и слишком уверенный в том, что рано или поздно я сама скажу ему “да”.

— Я от тебя ухожу, Наташа.
— В смысле... уходишь?
— В прямом. Я больше не хочу жить так, как мы живем.
— А как мы живем? — медленно спрашиваю я. — Может, ты сейчас просто очень деликатно называешь этим словом то, что уже нашел себе молодую замену?
— Вот видишь. Ты и сама все понимаешь.
— То есть я правильно понимаю, — говорю я очень ровно, — что я прихожу к тебе и говорю, что у меня подозрение на опухоль, а ты в ответ сообщаешь, что уходишь к молодой любовнице?
— Во-первых, не нужно ставить диагнозы раньше времени.
— Спасибо, — киваю я. — Потрясающий совет от врача.
— Во-вторых, не нужно использовать это как аргумент.
— Использовать... что?
— Свою болезнь. Если она вообще подтвердится, или, может, ты это выдумала, чтобы я проявлял к тебе больше заботы.
— Господи, Костя... — говорю я. — А ты всегда был таким мерзавцем, или это у вас с молоденькими стажерками побочный эффект?
— Не переходи на оскорбления.

— Мам, я его нашёл! — Вовка ворвался в дом как ураган, грохнув дверью и едва не опрокинув ведро с водой.
Люба, стоявшая у плиты и помешивающая варенье, вздрогнула.
— Кого нашёл?
— Папу!
Половник со звоном упал на пол.
— Что?!
Вовка сиял, как будто только что получил главный приз в лотерею.
— Я тебе говорил, что схожу на разведку! Вот и сходил. Пока ты на рынке была.
— Владимир Андреевич, — Люба грозно оперла руки в бока, — ты куда ходил?!
— К бабе Клаве. Она мне конфету дала и всё рассказала, — Вовка деловито уселся на табуретку и принялся стягивать сапоги. — Есть один кандидат. Очень подходящий.
***
Двадцатипятилетняя Люба Ростова давно поставила крест на личной жизни. Одна растит четырёхлетнего Вовку, держит хозяйство и не обращает внимания на сплетни. Но её упрямый сын решает: маме нужен муж! И когда в деревню возвращается Андрей Рой, Вовка даже не подозревает, чем обернётся его «охота на мужа для мамы». Но они взрослые, а Вовка знает лучше!