Книги в жанре «Любовные романы»

Мы с моей женой Ренатой приняли решение расстаться.

Вот только о нашем «решении» я узнала вместе со зрителями — в прямом эфире юбилейного выпуска программы, которую десять лет создавала вместе с мужем.

А после эфира меня уже ждали документы.

Квартира — мне. Деньги — мне. А Виктору — компания, программа, права на наши разработки и моя подпись под собственным исчезновением из дела, которому я отдала десять лет.

Он уверен, что я соглашусь. Ведь двадцать лет я была удобной женой и продюсером, чье имя почти никто не знал.

Только он ошибся в одном.

Развод я подпишу. Отказ от себя — нет.

Пока Виктор строит новую жизнь с другой женщиной, я впервые получаю возможность создать проект под собственным именем. Но бывший муж не собирается спокойно смотреть, как «его жена» становится самостоятельным продюсером. А мужчина, предложивший мне этот шанс, оказывается не спасателем и не рыцарем — он спорит, требует, ошибается… и, в отличие от Виктора, умеет услышать мой ответ.

Маргарита Царева — дипломированный искусствовед, городская девчонка до мозга костей, только что пережившая болезненный разрыв с бывшим, который назвал ее «толстухой». Она мечтает о стажировке в престижном агентстве, а не о двух неделях в деревне с друзьями и комарами. Но друзья решают, что подруге просто необходим глоток свежего воздуха и покой. Однако приехав в деревню Марго знакомится с дерзким соседом Климом, который нарушает все ее планы на покой.
Ироничная, легкая и искрящаяся история о том, как одна поездка в деревню может изменить всё. Даже если ты этого совсем не планировала.

"Она почувствовала, как теплая ладонь Клима коснулась ее шеи. Большой палец скользнул по ее щеке, медленно, нежно, приближаясь к губам. По спине побежали мурашки, распространяясь по телу, которое отказывалось слушаться. Марго оцепенела и поняла, что не может пошевелиться. "

Вскоре после войны Ричард случайно встречает в правительственном учреждении молодую девушку. Ни один из них даже представить себе не мог, что эта короткая встреча изменит всю их жизнь.

Один вечер. Одна роль. Никаких чувств — только деловой договор. Ирина, администратор небольшого кафе, соглашается сыграть возлюбленную Карима — уверенного, властного мужчины, уставшего от навязчивых вопросов семьи. Она уверена, что справится: улыбки, прикосновения, несколько фраз по сценарию — и можно забыть друг друга навсегда. Но один поцелуй, случившийся на глазах у десятков гостей, рушит все правила. Теперь Карим ищет повод снова быть рядом, а Ирина — пытается понять, где заканчивается игра и начинается настоящая любовь.

Меня зовут Дарья Мельник. Мне двадцать пять лет, и я забыла, как дышать.
Не буквально. Лёгкие работают. Кислород поступает. Сердце качает кровь. Но внутри, где-то под рёбрами, в том месте, где раньше жила я настоящая, — там вакуум. Пустота. Тишина, в которой не слышно собственного голоса.
Я сижу на подоконнике в квартире на сорок втором этаже. Панорамные окна от пола до потолка. За стеклом — Москва. Огни, машины, люди. Миллионы людей, которые идут, дышат, живут. А я сижу. В шёлковом халате, который стоит больше, чем моя прежняя зарплата за месяц. С чашкой остывшего чая в руках. И считаю вдохи.
Один. Два. Три. Четыре. Задержка. Выдох.
Так меня научил психолог. Три месяца назад. Когда я впервые сказала вслух: «Мне нечем дышать».
Его зовут Глеб. Глеб Орлов. Тридцать два года. Владелец инвестиционного фонда. Мой муж. Человек, который построил вокруг меня эту клетку. Золотую. Тёплую. Мягкую изнутри. Но клетку.
Он не бьёт меня. Не кричит. Не запрещает. Он делает хуже. Он решает за меня

Первый месяц мы жили как соседи. Он уходил в семь утра, возвращался в девять вечера. Ужинал молча. Читал документы. Ложился спать. Я не существовала для него. Я была мебелью. Декорацией. Строчкой в контракте.
Дом был огромным — три этажа, бассейн, зимний сад, библиотека. Я могла ходить где угодно. Могла тратить деньги с карты, которую он мне выдал. Могла заказывать еду, приглашать подруг, смотреть фильмы. Но не могла выйти за ворота без водителя. Не могла уехать. Не могла уйти.
«Побег невозможен», — написал он в брачном контракте. Пункт семнадцать: в случае развода по инициативе жены долг отца восстанавливается в полном объёме. Двести миллионов. У нас их нет. Не будет. Никогда.
Я была привязана. Невидимой цепью. Тонкой, прочной, как стальная нить. Не давит. Не режет. Но не отпускает.
Я ненавидела его. Тихо, молча, каждый день. Ненавидела за то, что он даже не смотрит на меня. За то, что я для него — функция. За то, что я живая, а он обращается со мной как с вещью.
Ночью я...

Король Афонсу Четвёртый. Отец Педру. Тридцать два года. Худой. Жилистый. С холодными глазами и тонкими губами. Он не кричал. Никогда. Но его молчание было страшнее любого крика.
Он вызвал меня. Один раз. В тронный зал. Я пришла. Встала перед троном. Поклонилась.
— Сеньора де Кастро, — сказал он. Голос ровный. Холодный. Как лезвие.
— Ваше Величество.
— Вы знаете, кто вы?
— Да, Ваше Величество. Я дочь Педро де Кастро. И женщина, которую любит ваш сын.
Его челюсть сжалась. Мышца дёрнулась на скуле.
— Вы не жена. Не королева. Не союз. Вы — ошибка. Ошибка моего сына. И я исправлю её.
— Вы не можете заставить его разлюбить меня, Ваше Величество.
— Могу убрать причину.
Тишина. Я смотрела на него. Он смотрел на меня. Два взгляда. Два клинка. Ни один не отведён.
— Я не уйду, — сказала я. Тихо. Твёрдо.
— Тогда вас уберут.
Он отвернулся. Аудиенция окончена. Я вышла. Спина прямая. Голова поднята. Но внутри — лёд. Холодный. Острый. Предчувствие. Не страха. Судьбы.

Виктория Морозова привыкла быть сильной.

Она строит карьеру, учится и успевает присматривать за сестрой.
Её жизнь - это план. Эмоции - под контролем. А прошлое она зарыла глубоко в сердце.
Но однажды она замечает, что все начинает рушиться. Кто- то пытается пробить стены.
Сможет ли она продолжать держать все в себе?

— Вашу должность, Ромашкина, мы упраздняем, — говорит босс, продолжая печатать что-то одной рукой. — Совет решил, что Вы устарели. Как факс. Или верность браку.
Задыхаюсь от неожиданности удара, но молчу.
— Впрочем, не переживайте. У меня для вас альтернатива.
— Слушаю, Ян Дмитриевич — выдавливаю я, хотя горло сжимается всё туже.
— Мне нужна няня, — говорит он таким же ровным тоном, каким минуту назад увольнял меня. – Для внуков. Пять и восемь лет.
Что-то внутри дёргается так сильно, что я стискиваю зубы
- Из секретаря — в прислугу? ВЫ ШУТИТЕ?
Босс нахмуривает соболиные брови.
- Вы, Ромашкина, не самый ходовой товар на рынке труда. Радуйтесь, что я вообще предлагаю вам хоть что-то, а не отправляю старую разведенку в утиль! Просроченный товар в 45 мало кому приглянется!

Анастасия приехала к сестре-близняшке мириться.
Но из-за аварии Антонина заняла место сестры... и забрала свою дочь с собой в новую жизнь...