Книги в жанре «Любовные романы»
– Продержишься месяц на должности и я выполню твою просьбу, – озвучивает свое решение Декабрев.
– Не боитесь, что за это время я успею вас разорить? Или привнести хаос, не совместимый с офисной жизнью? Нет ничего хуже непутевой помощницы, не находите?
– Нет ничего хуже, чем в канун Нового года остаться без помощницы вообще. Если будешь плохо работать, то я тебя выгоню вон и тогда уже сама разбирайся со своими проблемами.
– Оказывается вы не просто козел, а еще и жуткий хам!
- Хам, которому ты подчинишься, - давит тоном. - Или вылетишь вон.
Сижу. Молчу. Кусаю губы. Под направленным на меня пристальным взглядом забываю как нужно дышать.
- Твое решение? Что-то не слышу согласия. Или отменяем сделку?
Дать согласие равнозначно подписанию кабального договора, а отказ…
Рейтинг 18+ из-за распития шампанского в новогоднюю ночь
– Не боитесь, что за это время я успею вас разорить? Или привнести хаос, не совместимый с офисной жизнью? Нет ничего хуже непутевой помощницы, не находите?
– Нет ничего хуже, чем в канун Нового года остаться без помощницы вообще. Если будешь плохо работать, то я тебя выгоню вон и тогда уже сама разбирайся со своими проблемами.
– Оказывается вы не просто козел, а еще и жуткий хам!
- Хам, которому ты подчинишься, - давит тоном. - Или вылетишь вон.
Сижу. Молчу. Кусаю губы. Под направленным на меня пристальным взглядом забываю как нужно дышать.
- Твое решение? Что-то не слышу согласия. Или отменяем сделку?
Дать согласие равнозначно подписанию кабального договора, а отказ…
Рейтинг 18+ из-за распития шампанского в новогоднюю ночь
– Отвали, бешеная! Чокнутая! – скачу по кабинету, ей-богу, как загнанный кузнечик. – Я тебя уволю к хренам собачьим, дурища деревенская!
– Уволишь-уволишь, – шипит и щипается эта гусыня, – но это потом. – Снова шипит. И снова щипается. Больно-пребольно. – А сейчас, козлик серенький, соберёшь в кучу все три свои извилины, зажуёшь травкой перегар и поскачешь на это чёртово собрание! Понял? – И вдруг хватает меня за неудобосказуемое место, сжимая булку так, что не понять просто невозможно.
Вот же ж!.. Пи-пи-пи…
Ни одна женщина никогда не общалась со мной в таком тоне, а тут эта… МЫМРА!
Он – ловелас, наглый и неотразимый, разбивший не одно дамское сердце.
Она – блестящая красотка, ради дела вырядившаяся в чучело.
Никто из них не собирается влюбляться, даже в мыслях нет. Ни-ни! Но у судьбы на этот счёт другие планы ❤️
– Уволишь-уволишь, – шипит и щипается эта гусыня, – но это потом. – Снова шипит. И снова щипается. Больно-пребольно. – А сейчас, козлик серенький, соберёшь в кучу все три свои извилины, зажуёшь травкой перегар и поскачешь на это чёртово собрание! Понял? – И вдруг хватает меня за неудобосказуемое место, сжимая булку так, что не понять просто невозможно.
Вот же ж!.. Пи-пи-пи…
Ни одна женщина никогда не общалась со мной в таком тоне, а тут эта… МЫМРА!
Он – ловелас, наглый и неотразимый, разбивший не одно дамское сердце.
Она – блестящая красотка, ради дела вырядившаяся в чучело.
Никто из них не собирается влюбляться, даже в мыслях нет. Ни-ни! Но у судьбы на этот счёт другие планы ❤️
Увидев любимого, я поднимаюсь, чтобы подойти, но тут он замечает её...
— Фиса, ты что здесь делаешь?
— Милый, я к тебе с отличной новостью.
Вася озирается по сторонам, но не замечает меня, успевшую спрятаться за стойкой.
— Быстро в кабинет, ты что хочешь скомпрометировать меня перед персоналом?
— Ты не отвечаешь на звонки, заблокировал меня в мессенджерах. Мне срочно надо поговорить с тобой.
Они скрываются за дверью кабинета.
На трясущихся ногах подхожу ближе.
Дверь приоткрыта, и я могу расслышать слова их разговора.
— Фиса, у меня есть невеста, и она нравится моим родным. Мы же договаривались, что просто спим вместе без обязательств.
— Но любишь же ты меня!
— Ты же не будешь ухаживать за моей бабушкой.
— Найми сиделку!
— Это дорого. А я коплю на квартиру. Говори, что хотела, и иди, пока тебя никто не увидел.
— Новость у меня замечательная, я беременна, Вася.
Если ещё хоть на минуту останусь здесь, то расплачусь, но я не могла позволить, чтобы они увидели мою боль.
— Фиса, ты что здесь делаешь?
— Милый, я к тебе с отличной новостью.
Вася озирается по сторонам, но не замечает меня, успевшую спрятаться за стойкой.
— Быстро в кабинет, ты что хочешь скомпрометировать меня перед персоналом?
— Ты не отвечаешь на звонки, заблокировал меня в мессенджерах. Мне срочно надо поговорить с тобой.
Они скрываются за дверью кабинета.
На трясущихся ногах подхожу ближе.
Дверь приоткрыта, и я могу расслышать слова их разговора.
— Фиса, у меня есть невеста, и она нравится моим родным. Мы же договаривались, что просто спим вместе без обязательств.
— Но любишь же ты меня!
— Ты же не будешь ухаживать за моей бабушкой.
— Найми сиделку!
— Это дорого. А я коплю на квартиру. Говори, что хотела, и иди, пока тебя никто не увидел.
— Новость у меня замечательная, я беременна, Вася.
Если ещё хоть на минуту останусь здесь, то расплачусь, но я не могла позволить, чтобы они увидели мою боль.
– Дед Мороз, а где мой папа? – сквозь праздничную суету на весь зал звенит тонкий детский голосок.
Это голос моей дочки, Василисы. Узнаю ее звонкий тембр из тысячи.
Дети водили хоровод, но веселая музыка стихла, наступила очередь подарков, и вот…
– Ну, дедушка Мороз? – тянет Василиса с лукавой улыбкой. – Я писала тебе письмо и просила вместо сладостей – папу! – топает ножкой.
Пробираюсь сквозь пеструю толпу, чтобы забрать дочку скорее.
За спиной недовольный шепот.
– Твой папа, зайка, обязательно будет, – дедушка выпрямляется и переводит на меня полный осуждения взгляд.
Под густой белой бородой и накладными бровями мне сложно что-то разглядеть.
Такой знакомый взгляд…
И цвет глаз кажется знакомым.
Серые с крапинками.
Я такие глаза где-то уже видела…
– Верно, Маришка? – мужчина называет меня по имени.
Так, как никто не называл.
Никто, кроме моего бывшего…
Это голос моей дочки, Василисы. Узнаю ее звонкий тембр из тысячи.
Дети водили хоровод, но веселая музыка стихла, наступила очередь подарков, и вот…
– Ну, дедушка Мороз? – тянет Василиса с лукавой улыбкой. – Я писала тебе письмо и просила вместо сладостей – папу! – топает ножкой.
Пробираюсь сквозь пеструю толпу, чтобы забрать дочку скорее.
За спиной недовольный шепот.
– Твой папа, зайка, обязательно будет, – дедушка выпрямляется и переводит на меня полный осуждения взгляд.
Под густой белой бородой и накладными бровями мне сложно что-то разглядеть.
Такой знакомый взгляд…
И цвет глаз кажется знакомым.
Серые с крапинками.
Я такие глаза где-то уже видела…
– Верно, Маришка? – мужчина называет меня по имени.
Так, как никто не называл.
Никто, кроме моего бывшего…
– Еще раз услышу слово «детка» – сделаю твою жизнь невыносимой! Я Виктория Дмитриевна, запомни, мальчик!
Парень меняется в лице, и я понимаю, что перегнула с мальчиком. Но уж больно он меня разозлил.
– А я Виктор Николаевич. И я тебе не мальчик, ясно? – стальным голосом выдает он.
И я вздрагиваю от яростного огня, на миг вспыхнувшего в его взгляде.
_____________________
Она спасла ему жизнь, когда он был совсем ребенком. А спустя много лет они снова встретились. Он мажор и не привык подчиняться. Она начальница в крупной компании.
Но что будет, если он вдруг станет ее стажером? Кто первый сдастся в их противостоянии?
Парень меняется в лице, и я понимаю, что перегнула с мальчиком. Но уж больно он меня разозлил.
– А я Виктор Николаевич. И я тебе не мальчик, ясно? – стальным голосом выдает он.
И я вздрагиваю от яростного огня, на миг вспыхнувшего в его взгляде.
_____________________
Она спасла ему жизнь, когда он был совсем ребенком. А спустя много лет они снова встретились. Он мажор и не привык подчиняться. Она начальница в крупной компании.
Но что будет, если он вдруг станет ее стажером? Кто первый сдастся в их противостоянии?
- Максим, Кирилл и Машенька... — небрежно бросает Ковалёв вместо приветствия.
Его внешний вид кардинально отличается от привычного офисного стиля: белая рубашка и идеальный костюм заменены футболкой и потёртыми джинсами.
Завершает образ фартук с яркими зелёными ёлочками на жёлтом фоне, надетый поверх всего остального.
Ах да… ещё и вафельное полотенце через плечо и небрежно взъерошенные волосы.
Этакая мужская версия домохозяйки.
- То есть их трое? — выдыхаю я, удивлённо глядя вслед хозяину квартиры.
И когда же люди успевают? Вроде молодой ещё, а детишек трое настрогал? И опять же… где их мама?
- Именно так, я их только что уложил на дневной сон, — отвечает Ковалёв, едва обернувшись. - Проснутся — познакомитесь!
Дневной сон? А сколько же им лет?
Спросить, однако, не успеваю.
Понимая мою растерянность, Ковалёв добавляет торопливо:
- Мне надо срочно убегать, кажется, я немного задержался... Босс будет недоволен, а мне повышение светит.
Ох уж этот босс! Думаю про себя и ему
Его внешний вид кардинально отличается от привычного офисного стиля: белая рубашка и идеальный костюм заменены футболкой и потёртыми джинсами.
Завершает образ фартук с яркими зелёными ёлочками на жёлтом фоне, надетый поверх всего остального.
Ах да… ещё и вафельное полотенце через плечо и небрежно взъерошенные волосы.
Этакая мужская версия домохозяйки.
- То есть их трое? — выдыхаю я, удивлённо глядя вслед хозяину квартиры.
И когда же люди успевают? Вроде молодой ещё, а детишек трое настрогал? И опять же… где их мама?
- Именно так, я их только что уложил на дневной сон, — отвечает Ковалёв, едва обернувшись. - Проснутся — познакомитесь!
Дневной сон? А сколько же им лет?
Спросить, однако, не успеваю.
Понимая мою растерянность, Ковалёв добавляет торопливо:
- Мне надо срочно убегать, кажется, я немного задержался... Босс будет недоволен, а мне повышение светит.
Ох уж этот босс! Думаю про себя и ему
Моя жизнь после развода остановилась. Дом-работа-дом – все разнообразие. Вот только однажды, в канун Нового года, Дед Мороз, заказанный для внучки, меняет все, как настоящий волшебник, и я вспоминаю, что я не бабушка с пробегом, а женщина, которая еще может нравиться и любить.
Она приближается вплотную. Между нами — только лёд и натянутое до предела напряжение.
Свисток Севельцева разрывает момент:
— Жарков! Бушина! Вы что, решили тут романтические разборки устроить? Играйте!
Игра продолжается, но теперь каждое её движение — вызов. Каждое столкновение — как разряд тока. Она не отступает, я не сдаюсь.
В очередной раз она уходит от моего блока, пасует Завьяловой. Та бросает — мимо. Я перехватываю шайбу, веду к воротам. Бушина догоняет, пытается отобрать — но я ускоряюсь, бросаю…
Она в моменте забирает!
Да как так то?!
Свисток Севельцева разрывает момент:
— Жарков! Бушина! Вы что, решили тут романтические разборки устроить? Играйте!
Игра продолжается, но теперь каждое её движение — вызов. Каждое столкновение — как разряд тока. Она не отступает, я не сдаюсь.
В очередной раз она уходит от моего блока, пасует Завьяловой. Та бросает — мимо. Я перехватываю шайбу, веду к воротам. Бушина догоняет, пытается отобрать — но я ускоряюсь, бросаю…
Она в моменте забирает!
Да как так то?!
– Сонь, ты единственная женщина, кому я готов это предложить.
– Выйти за вас замуж? – повторяю пересохшими губами в надежде, что мне послышалось. Что я с ума сошла, в конце концов, потому что это не может быть правдой!
Мой босс, Артем Нечаев, в которого я была тайно влюблена три года, предлагает стать его женой. Но есть проблема – фиктивно. Я буду жить в его доме, изображать страсть на людях, сгорая изнутри, потому что для него я просто доверенное лицо. Не женщина.
Я отлично знаю, что будет с ним, скажи я “нет”. Горевой шутить не будет, устроит Нечаеву такие проблемы, что он забудет как его зовут.
Мне достаточно отказать, чтобы не мучиться самой. Но как поступить так с тем, кого любишь? Как, после той ночи, которая была у нас, и о которой он забыл наутро?
– Выйти за вас замуж? – повторяю пересохшими губами в надежде, что мне послышалось. Что я с ума сошла, в конце концов, потому что это не может быть правдой!
Мой босс, Артем Нечаев, в которого я была тайно влюблена три года, предлагает стать его женой. Но есть проблема – фиктивно. Я буду жить в его доме, изображать страсть на людях, сгорая изнутри, потому что для него я просто доверенное лицо. Не женщина.
Я отлично знаю, что будет с ним, скажи я “нет”. Горевой шутить не будет, устроит Нечаеву такие проблемы, что он забудет как его зовут.
Мне достаточно отказать, чтобы не мучиться самой. Но как поступить так с тем, кого любишь? Как, после той ночи, которая была у нас, и о которой он забыл наутро?
— Знакомься, Ди, — говорит кавказец-муж вместо приветствия, — это Марика, моя будущая жена. И она во всём лучше тебя.
Я почти неделю лежала в больнице с тяжёлым отравлением.
Только вернулась, а тут… сюрприз!
— Аслан, — с трудом сохраняю спокойствие, — это шутка? Что, блин, за кукла? И в чём она лучше меня?
— Во всём, — отрезает кавказец, — именно она подарит мне наследника, которого ты сама, ущербная, родить не смогла.
Слова Аслана обжигают изнутри.
Сколько раз я пыталась забеременеть, и не получалось…
Но я пыталась снова и снова!
Ведь анализы показали: мы с Асланом здоровы.
Но муж решил поступит проще: нашёл себе жену моложе.
А когда завожу речь про развод, мерзавец отказывается меня отпускать.
— Никакого развода! Останешься в доме, станешь служанкой. Будешь выполнять все просьбы и прихоти моей новой жены. А начнёшь упрямиться, отдам тебя своему брату-психопату, у него ещё ни одна девушка не протянула больше недели…
Я почти неделю лежала в больнице с тяжёлым отравлением.
Только вернулась, а тут… сюрприз!
— Аслан, — с трудом сохраняю спокойствие, — это шутка? Что, блин, за кукла? И в чём она лучше меня?
— Во всём, — отрезает кавказец, — именно она подарит мне наследника, которого ты сама, ущербная, родить не смогла.
Слова Аслана обжигают изнутри.
Сколько раз я пыталась забеременеть, и не получалось…
Но я пыталась снова и снова!
Ведь анализы показали: мы с Асланом здоровы.
Но муж решил поступит проще: нашёл себе жену моложе.
А когда завожу речь про развод, мерзавец отказывается меня отпускать.
— Никакого развода! Останешься в доме, станешь служанкой. Будешь выполнять все просьбы и прихоти моей новой жены. А начнёшь упрямиться, отдам тебя своему брату-психопату, у него ещё ни одна девушка не протянула больше недели…
Выберите полку для книги