Книги в жанре «Современный любовный роман»

Молодая студентка из России приезжает в Страну восходящего солнца на учебу и на поиски отца-японца, бросившего семью много лет назад. Можно ли простить человека, исчезнувшего без объяснений?
С помощью верной подруги Эмико старается разгадать тайны исчезновения отца. Погоня, путешествия по Японии, неожиданные помощники и шокирующая правда — всё это Эми встретит на пути к истине. И, конечно же, любовь!

Он — «мальчик на баблосе». Папин самолетик, элитные клубы и жизнь, где слово «нет» не знают даже его кредитки.
Я — девочка-невидимка. Студентка на стипендии, подработка в кофейне и вечно дырявые кеды.
Наше первое столкновение закончилось тем, что он облил меня латте и назвал «мебелью из общежития». Второе — тем, что я разбила его айфон о его же наглый лоб.
Теперь этот золотой мальчик требует, чтобы я отрабатывала ущерб... лично. Он думает, что может купить все, включая мое терпение.
Спорим, папин сынок, что на этот раз твои деньги проиграют?

«Она думала, что следит за ним. Она думала, что это просто запретная страсть. Но когда она узнала, кто он на самом деле, она поняла: это не она выбрала его. Это он выбрал её, чтобы она нашла его. И возраст здесь — наименьшая из проблем.»

🖤 Запретная страсть с возрастной разницей и элементами 18+

🩸 Кровавые убийства и криминальная изнанка ночного города

🔍 Психологический сталкер с обеих сторон — кто за кем наблюдает?

🎓 Студенческая жизнь, общага, лекции и внутренний конфликт молодости

⚡ Шокирующий финал, который меняет всё восприятие сюжета

Мне сорок восемь. Двадцать пять лет я была женой Тихона.

Восемь месяцев он был мужчиной другой женщины.

— Я ухожу, Марта. В субботу перевезу вещи.

— А твоя мать?

Тихон смотрит на меня так, будто вопрос странный.

— Мама останется здесь до конца ремонта. Вы нормально ладите.

Получается удобно.

Муж переезжает к любовнице. Его мать остается жить со мной. А через десять дней Тихон собирается улететь с новой женщиной почти на три недели.

Он все предусмотрел.

Кроме одного.

После его ухода я больше не собираюсь оставаться женой, которая решает его проблемы.

Я не буду мстить. Не стану разрушать его жизнь. Я просто перестану делать за Тихона то, что он много лет считал само собой разумеющимся.

И тогда выяснится, сколько всего в нашей семье держалось на женщине, которая всегда справлялась.

Адвокат Артур нервно поправил дужку очков и хотел было вмешаться, но Марк лишь едва заметно усмехнулся, поворачиваясь к ней:
- Вы слишком много о себе мните, Сорокина. Я не покупаю интим за деньги, мне нужен только юридический статус. Личные комнаты будут разделены. Что еще?
- Я добавляю пункт об авансе, - уверенно продолжала Вероника, зачеркивая ручкой спорную строчку и вписывая новый абзац на полях.
Демидов медленно подошел к столу, нагнулся над ней, опираясь ладонями о полированную столешницу. Его лицо оказалось в опасной близости. Вероника ощутила тепло его дыхания и тонкий аромат дорогой парфюмерной композиции, но не отстранилась, прямо встречая его тёмный, проницательный взгляд.
- У вас хорошая хватка, Вероника, - произнес он с явным одобрением.

Я стояла у окна, сжимая в руках бокал с шампанским, когда услышала за спиной его шаги. Сердце пропустило удар.
— Зачем ты пришла? — его голос звучал глухо, будто слова давались с трудом.
Я обернулась. Артём стоял слишком близко. От него пахло тем самым парфюмом, который я когда-то дарила ему на годовщину.
— Ты же сам прислал мне приглашение, — я заставила себя улыбнуться. — Разве не этого ты хотел?
— Я не думал, что ты реально придёшь, — он смотрел на меня так, будто видел впервые. — И не знал, хочу ли этого.

Через полгода после развода он решил жениться снова. И лично прислал мне приглашение. Я не должна туда идти... но я приду.

Он — хирург, привыкший к холодной точности и контролю. Его коллега — тот самый друг, который всегда был рядом и в работе, и в жизни. А она — медсестра, которая одним словом может сбить его с ритма. От его лица: он замечает, как она смеётся над шутками друга, как задерживается рядом с ним, как не боится быть слабой именно с ним. Это бесит сильнее, чем любая ошибка в операционной. Соперничество здесь тихое, почти невидимое: оно в том, кто первым подаст инструмент, кто дольше задержится у её стола, кто поймает её взгляд. И в какой-то момент контроль рушится.

В операционной нельзя ошибаться. Но рядом с ней он ошибался в каждом слове...

Они ворвались внутрь, надев дыхательные аппараты. Коридоры были заполнены едким дымом, видимость — ноль. Максим шёл впереди, Денис — за ним. Они двигались на ощупь, ориентируясь по плану здания, который Максим выучил наизусть за те минуты, пока ехали.
— Здесь! — крикнул Денис. — Я слышу голоса!
Они проломились в помещение бывшего ресторана. Внутри было около двадцати человек, прижавшихся к стенам. Женщины плакали, мужчины пытались успокоить их, но паника нарастала.
— Спокойно! — голос Максима был властным, уверенным. — Мы пожарные. Сейчас выведем вас. Держитесь за стены, не отпускайте друг друга.
Они начали выводить людей. Денис нёс на руках маленького мальчика, который плакал и звал маму. Максим вёл за руку пожилую женщину, которая едва держалась на ногах.
Когда они вышли на свежий воздух, Максим увидел её.
Она стояла у полицейского оцепления, её тёмные волосы развевались на ветру. Высокая, стройная, в белом врачебном халате, который был испачкан сажей. Она склонилась над мужчин

Как найти себя в мире, где гораздо безопаснее казаться, чем быть?
Трем грациям, циничному арт-дилеру и уличному художнику с фиолетовым монстром в подсознании предстоит разбиться вдребезги, чтобы собрать себя заново.
Вас ждет интеллектуальный дарк-романс, где власть и контроль сталкиваются с искренностью и бунтом. Готовьтесь к эмоциональным качелям: от уютных посиделок с кофе до предательств, ломающих жизнь.

Первая книга саги «Так себе герои».

Молодая художница попадает в арт‑резиденцию, где три куратора представляют разные художественные направления: радикальный перформанс, коммерческую галерею и институциональный музей. Каждый видит в ней потенциал для своего проекта и хочет «раскрыть» её по‑своему. Один предлагает скандальный перформанс, второй — коммерчески успешный цикл, третий — серьёзную академическую выставку. Давление растёт, границы размываются, и вскоре она понимает, что их интерес к её творчеству неотделим от личного интереса. Ей предстоит решить, готова ли она платить за признание своей свободой — и чьё видение она выберет.