Книги в жанре «Любовные романы» по тегу «слушатьлюбовныероманы»

Люба после пары рюмок за ужином почти в ноль.
На ночь устанавливает диванные подушки ровно посередине.
— Прошу их никуда не скидывать, — язык чуть заплетается, но сердито сводит брови.
Смешная.
Как только уснешь, сразу и уберу. Буду завоевывать Любовь, всеми возможными способами.
Мур запрыгивает к ее подушке и, покрутившись, устраивается, громко мурлыкая.
Люба тоже заползает на огороженную часть и валится плашмя, прикрыв глаза.
Ой, пьянчужка...
Выключаю свет и укладываюсь на своей «выделенной» половине.
— Голова кружится... — шепчет тихо.
Это плохо. Приподнимаюсь. Откинув одну подушку, наклоняюсь к ней проверить. Лежит с закрытыми глазами, улыбаясь. Трогаю губами лоб.
— Мы на каруселях?
— Мгхм...
Может, тазик принести на всякий случай? А то вдруг...
— И ты меня целуешь?
Секунду растерянно торможу.
— А ты хочешь?
— Ммм... — облизывает губки.
Ее ладошка ложится мне на щеку. Вздрагиваю. И примагничиваюсь.
Люба! Зачем меня так провоцировать? Я же не железный.
— У тебя

Маша не смогла простить приёмную дочь, и решила, что пора начинать новую жизнь...

40 - это новые 20!

Героиня - НЕ тряпка. Ноги об себя вытирать НЕ позволит!

Сбежать из ЗАГСа прямо перед церемонией — это вам не шутки. Особенно когда жених — манипулятор с идеальной улыбкой, а ты — психолог с формами, которые он считал «проблемой».
Лена Волкова сделала это. И в качестве бонуса выиграла в баре билет в Сибирь. На всё лето.
В деревне Глухая её встречает Матвей — вдовец, лесник, отец двоих детей и обладатель самой суровой бороды в Томской области. Он не рад. У него сенокос, коза-убийца по кличке Зойка и двое детей, которые уже успели назвать Лену «мамой».
Вместо того чтобы вежливо отказаться от гостеприимства, Лена заключает дурацкий спор: она выживёт в тайге три месяца без его помощи. На кону — её московская квартира. Против — его участок с озером и тайгой.
А в качестве бонуса: белые ночи, крапива по колено, комары размером с воробья и один бородатый медведь, который, кажется, начинает привыкать к её смеху.
Романтическая комедия о том, как не умереть от жары, не утонуть в сене и не влюбиться.

- Простите, - извинюсь, врезавшись в чью-то тележку.
- Ничего, - в мужском голосе ни капли злости.
Замираю. Этот голос…я узнаю его. Я слышала его в стенах универа. Он шептал мне «вкусная девочка» той судьбоносной ночью.
Макар. Я поднимаю голову, на миг забыв о своем непоседе.
Черты его лица заостряются, между бровей появляется складка.
- Мы знакомы ведь, - утверждает с сомнением.
Зашибись. Отец моего ребенка меня с трудом узнаёт.
Где-то глубоко в душе просыпается обида и злость.
Ладно, про Стаса он не знает, но факт, что он меня не узнает, больно ударяет по самолюбию.
Когда-то я восхищалась Макаром издалека. Влюблённая дурочка...

Её жизнь поделена им надвое: половина в правде, половина во лжи. Но, без него, её нет вовсе…

В настоящем Евы Воскресенской всё хорошо: любящий муж, умница дочь, грозящее повышение на работе.
А в прошлом — Он. Полоз. Змей-искуситель.
Никита Полозов — самоуверенный и бесподобный. Лихой и бесстрашный, соблазнивший лучшую студентку курса...
Он — её любовь, боль, обиды. Она — его страсть, память, мысли.
Сейчас у каждого из них свои состоявшиеся, идеальные жизни, которые не проходят проверку на прочность случайной встречей…

Она лишает Еву новой должности, уверенности и ощущения земли под ногами. А дарит взамен корпоратив, что прочерчивает в двух семьях, между супругами, сплошные жирные линии.
Делит всё на «до и после». Оставляя посередине, на мнимом островке безопасности, Его и Её…
И их тринадцатилетнюю дочь, о которой он даже не подозревает…
По воле судьбы, спустя столько лет, Змей-искуситель вновь соблазняет и обрекает на страдания свою несравненную Еву.

— Ты действительно думала, что я не пришёл?
Двадцать лет Виктория считала Андрея предателем и строила жизнь рядом с другим мужчиной. Но одна случайная встреча открывает страшную правду: они оба были на вокзале. Их разлучила чужая ложь.
Теперь прошлое возвращается вместе со старыми письмами, семейными тайнами и признаниями, которые могут разрушить сразу несколько судеб.
Но можно ли начать сначала, если между вами двадцать потерянных лет?

— Витя! — выдыхаю я, подходя к нему со спины и кладя ладони на его плечи. — Я просто хотела еще раз увидеть тебя. Пожелать удачи.
Он оборачивается резко, словно его ударило током. Его лицо искажено, в глазах плещется ненависть.
— Аня? Ты что здесь делаешь? Я же тебе русским языком сказал: никогда не приходить на вокзал!
— Витя, я просто хотела сделать тебе приятное. Ты же сам всегда говорил, что моя улыбка — твой талисман.
Дверь вагона с тихим шипением отъезжает в сторону. Из проема выглядывает молодая женщина с копной рыжих волос.
— Милый, ну ты скоро? — произносит она.
Я перевожу взгляд на Виктора и вижу в его глазах мольбу. Он смотрит на меня и молча умоляет. Двадцать лет брака. Двадцать лет ожидания. Двадцать лет лжи.
— Витя, кто эти люди? — мой голос ломается, как сухая ветка.
Он молчит. Делает шаг назад, к вагону, к этой женщине, к этому мальчику с его глазами. И этот шаг звучит как приговор. Но совсем не для меня!

“Она хотела сохранить стипендию. Он хотел использовать фиктивные отношения против семьи. Но игра стала слишком настоящей.”

Я попала в элитную Академию не по фамилии, не по связям и не по чьей-то милости.

Только ум, стипендия и упрямое желание доказать, что я имею право быть среди тех, кому всё достаётся слишком легко.

Марк Орлов — наследник богатой семьи, мажор, любимец чужих взглядов и человек, с которым мне лучше было бы никогда не сталкиваться. Он привык, что двери открываются сами. Я привыкла держаться так, будто за моей спиной нет никого.

Нас не должно было связать ничего.

Но одна ошибка в документах, чужое пари и его опасное предложение меняют всё.

Ему нужна девушка напоказ, чтобы сорвать планы семьи.

Мне нужен шанс удержаться в университете.

Всего несколько недель притворства. Всего одна сделка. Всего лишь сыграть любовь перед теми, кто считает нас частью чужой игры.

Я приехала в эту забытую богом деревню всего на пару дней — продать доставшийся в наследство старый дом. Жара за тридцать, пыль, отсутствие связи и полное непонимание, как здесь вообще живут люди.
И он. Мой сосед.
Огромный, мрачный, неразговорчивый мужик с густой бородой и телом первобытного дикаря. Он смотрит на меня так, будто хочет сожрать. Его взгляд скользит по моей груди, задерживается на крутых бедрах, от чего по коже бегут мурашки, а низ живота сводит от сладкого спазма.
Мы из разных миров. Мы бесим друг друга. Но в этой глуши, где от летнего зноя плавится даже воздух, скрывать свои инстинкты становится невыносимо.

— Леша, найди сына!
— Его нигде нет! — отвечает муж раздраженно и закидывает сумку с продуктами на плечо.
Тут издалека доносится слабый голос нашей подруги, Ангелины:
— Леша... Мне плохо... Живот болит...
Муж мгновенно поворачивается в ее сторону. Я совершенно перестаю понимать происходящее.
— Сын важнее!
Он смотрит на меня каким-то холодным, чужим взглядом.
— Нет, она важнее. Она беременна моим ребенком. Нам это пригодится. — Он слегка приподнимает сумку с продуктами. — А ты, Яра, все равно не жилец.
Я лежу на земле и смотрю ему вслед, не веря собственным ушам. Невозможно, чтобы человек, которого я любила столько лет, сейчас спокойно оставил меня умирать.
Невозможно, чтобы он признался в измене именно сейчас. Невозможно...
Но он уже уходит. Вместе с Ангелиной.
А огонь продолжает разрастаться совсем рядом, пока я не могу подняться и найти нашего сына.