Книги в жанре «Любовные романы»

- Как ты мог изменить с ней? Она же моя мать! – не могу сдержать слезы, глядя на мужа.
- Как? – он с ленцой спрашивает это, а у меня все обрывается внутри. – Легко. Оригинал всегда прельщает больше копии. Ты хороша, но копия. Она раскрепощена, знает, чего хочет. А ты? – и волосы так мои поправляет, а меня обжигает его прикосновенье.
- Я счастья хотела, семью, любовь…
- А я задыхался рядом с тобой, - перебивает меня.
- Задыхался? – он сказал это на полном серьезе?
- Да. С ней всегда было легче. И знаешь, я даже рад, что она стала вдовой, и единственным препятствием на пути к счастью была лишь ты, - Тарас выдает это прямо в губы, держа за подбородок. – Не позорься. Порадуйся за нас и прими тот факт, что тебя легко заменить.

Я узнала с кем изменял мне муж на свадьбе матери. Она долго скрывала своего избранника, и я поняла почему.
Потому что это мой бывший муж.

– Мне нужны деньги, – поясняю я и слышу, как предаёт собственный голос, звуча неуверенно и жалко.
Его губы расползаются в ленивой ухмылке. Точно он уже знал ответ на свой вопрос и теперь лишь получил подтверждение.
– Неужели. И сколько?
Много. Очень много.
Произношу сумму. На слух она кажется ещё нелепей. Слишком много.
– Думаешь, что стоишь этого?
Нестерпимо хочется опустить глаза в пол. Укрыться от стыда, но выбора у меня нет.
Надо.
Должна.
Обязана.
Эти слова выбиты как татуировка в моём мозгу.
– Стою.
Хмыкает.
– Ну опускайся на колени и продемонстрируй.

#невозможная любовь
#разница в возрасте (героиня младше)

— Ты чистая, Алия.
Его голос — глубокий, ровный, восторженный. Тот самый, которым он когда-то говорил мне «люблю».
— Я мечтал о такой, как ты. Настоящей. Тихой. Нашей.
— А Марьяна? — её голос дрожит, но не от страха.
— Марьяна… — Кемаль держит паузу, потом усмехается. — Марьяна… как диковинная зверушка. Русская. Не такая, как все. Хотелось попробовать. Сломать. Приручить. А потом…
— Ты её любил?
— Я хотел её. А это не одно и то же.
Я стою за ширмой. Я должна уйти. Бежать. Спрятаться. Забыть.
Но куда? На улицах чужой страны меня не ждет ничего хорошего. В аэропорт — нельзя. Мой паспорт в сейфе у него. К бабушке — нельзя.
Кто я теперь, если не его жена?
Он думает, что сломал меня. Считает, что я игрушка, экзотика. Что можно было взять, поиграть — и выкинуть, когда появилась та, «чистая».
Но я — не сломалась.
Я уйду, даже босиком. Потому что хуже, чем остаться, — не может быть.
И если он думает, что я исчезну без следа…
Он ещё не знает, что русская зверушка умеет кусать

Кто-то хватает меня за талию и приподнимает над землёй, а другой рукой крепко зажимает мой рот. Я в ловушке. Пытаюсь вырваться и барахтаюсь. Даже смогла зацепиться ботинком за оградку, но это не помогло. Меня резко дёрнули — и освободили мою ногу. Я не могу издать ни звука.
— Попалась? А не нужно совать свой нос туда, куда не следует, — раздался голос.
— Швед! Поймал? — крикнул второй мужчина.
— Ага. Сейчас приведу, — сказал мой пленитель.
Но мы так и не двинулись с места. Он продолжает держать меня на весу.
— Не реви. Поговорим и отпустим — а я реву? — Если издашь хоть звук, сделаю тебе лишнюю дырку в голове. Кивни, если поняла?
Я кивнула. Он поставил меня на землю, я предприняла попытку вырваться, да неудачную. Он снова поднял меня над землёй.
— Я что-то не так сказал? — спросил он. — Сейчас ты тихо, без криков и истерик, пойдёшь со мной. Мы поговорим — и ты благополучно отправишься домой, к маме и папе. Уяснила? — рявкнул он.

❓ Что ты сделаешь, если муж объявит о помолвке с другой в день своего триумфа — на сцене, под вспышками камер, называя её матерью своего будущего ребёнка?

Элспет Уинтерс стояла в толпе с букетом алых роз, который купила для себя. Семь лет она была его тенью. Семь лет строила его успех. Семь лет платила за чужое счастье — временем, карьерой, жизнью.

В один миг она потеряла всё.
И в этот же миг она нашла себя.

Она ушла.
Она перестала платить.
Она создала себя заново — не тень, не жертва, а женщину, которую невозможно игнорировать.

Она построила свою империю.
Она стала его конкурентом.
Она нашла любовь, которую он ей никогда не дал.

А когда он пришёл на коленях, прося прощения, Элспет поняла главное:
Он не жалеет о предательстве — он жалеет о том, что потерял.

«Ты опоздал, Лафайет, — сказала она. — Ты никогда меня не заслуживал».

Эмоциональная драма о предательстве, возрождении и любви, которая приходит, когда ты перестаёшь быть чьей‑то тенью.

Для простого бойца без денег и связей пропуск в закрытый университетский орден — единственный шанс вырваться на вершину. Но цена билета — тайный, порочный ритуал за стенами таинственного отеля «Дезириум». Повязка на глазах, сладкий дурман и три изощренных испытания. Итану придется доказать стальную выдержку: выдержать невыносимый натиск искушения и не капитулировать там, где любой другой уже давно потерял бы рассудок.

В этом испытании смешались разврат элиты, две искушенные девушки, одна из которых — дочь ректора, и нарастающая животная одержимость той, чья близость нарушает любые правила чужой игры. Итан пройдет этот ад, доказав, что даже ради мечты он не станет послушной игрушкой. Но ритуал закончится, а первобытный голод — нет.

– Ань, ну не дури, – сказал Стас мягким таким, почти нежным голосом.
Сейчас еще и «Козлятушки-ребятушки» споет. Ух! Волк с Уолл-стрит в козлиной шкуре!
– Я же тебе мирный договор предлагаю. Все будут в плюсе.
– Ты ж не любишь этих самых, кто в плюсе, – поддела я, сложив руки на груди. Мое пышное декольте привлекло его внимание. И сбило его с толку. Эх, Токарев! Сколько лет прошло, а некоторые вещи не меняются. – Тебе только тощих московских подавай.
Он улыбнулся, пропуская колкость, сделал шаг ко мне и сказал, понизив голос:
– Давай так: мы заключаем сделку, и ты поставляешь в мои магазины свой товар, а я…
– А ты мне что? – перебила я, чувствуя подвох.
– А тебе то, о чем ты так давно мечтаешь, но, вижу, не можешь получить… – он оглядел меня всю, с головы до ног.
– И что же именно?
– Ребенка, Ань. Ты всегда просила у меня ребенка.
Вот идиот!

— Это моя ладонь дрогнула... Нечаянно.
— А это моя! — Юлия швырнула ему кремовое пирожное прямо в причинное место.
Влад гневно развёл руками:
— Твоя юбка высохнет, а я как это отмою?! Эфир вот‑вот! Запасные портянки не ношу.
—А не мешало бы. Такому‑то засранцу, как ты…

«Холодец против Булочки!» — так за кадрами зовут вражду Влада и Юлии, двух кондитеров в финале кулинарного шоу. Ненависть выходит в новый формат, когда Влад узнаёт в анонимных нюдсах от «Сладкой2026» свою главную врагиню. И он уже готовится обсудить коварный ход конкурентки, но тут понимает, что Юля знать не знает, кому выдала свои самые откровенные фантазии…

Если ночью в вашем дворе появился огромный мужчина в черном мотоциклетном шлеме, главное — не паниковать.

Возможно, это опасный сталкер.

Возможно, застенчивый парень, который влюблен в вас со школы.

А возможно, и то и другое сразу.

Но я обязательно это выясню. Как только догоню незнакомца и прижму его к земле.

- Заюш, смирись, так бывает - тяжело вздыхает Дима и пожимает могучими плечами, будто объясняет мне прописную истину - Я полигамный самец. Мне нужно много женщин.
- И зачем ты тогда женился, самец? - с горькой усмешкой спрашиваю я. - Впрочем, не отвечай. Все рано разводимся...
- В смысле разводимся? - холодно переспрашивает изменник - Ты там у себя спирта что-ли обнюхалась? Где ты видела, чтобы мужики при должностях разводились? Я скоро перейду в министерство и мне нужна образцова семья. Забудь все, что видела и больше никогда так не делай, у Вики было брендовое белье и платье. Теперь мне придется все новое ей покупать, из семейного бюджета. Раз его испортила ты. Все иди домой, приготовь ужин и жди меня. И чтоб еда горячая была. У меня еще дела здесь.
Он кивает на дверь процедурки, за которой притихла его любовница, скидывает испорченную рубашку прямо на пол коридора и спокойно возвращается к ней. Теперь уже плотно прикрыв дверь...