Читать и слушать книги

Это история о женщине, которая учится отпускать: обманувшего жениха, случайного студента, женатого начальника. И о том, как иногда, чтобы обрести себя, нужно позволить себе ошибаться, падать и снова вставать. Чувственный, пронзительный роман о взрослении через желание, о праве на слабость и о смелости поверить в новое чувство, когда прошлое наконец отпускает.

Полина приезжает спасти чужую свадьбу в горном отеле, который пять лет назад поклялся больше никогда не принимать свадеб — но снежная буря запирает её внутри вместе с владельцем этого самого запрета, и единственный способ выбраться — заново поверить в то, во что они оба перестали верить.

Красные – зрение. Самые дорогие и необходимые. Синие – слух. Зеленые – обоняние и вкус. В новом мире невозможно существовать без специальных таблеток. За их крошечную дозу люди вынуждены работать в невыносимых условиях, ведь обнуление чувств ведет к неизбежной смерти. Датчики на браслете считывают данные безошибочно, не оставляя шанса на побег от системы.
Мечтам Элоди найти лекарство, способное вернуть людям утраченные чувства, было не место в реальности, где ее ждал фартук на кухне ночного клуба. Пока однажды в ее жизни не появился полицейский Марк. Движимый целью вызволить своего отца из тюрьмы, он втягивает девушку в расследование дела о загадочном наркотике R-6. Кто знал, что двое людей, достигших дна в своем отчаянии, и одна таблетка, обостряющая все чувства до предела, приведут к мировому хаосу.

Парень сидел молча, разглядывал силуэт. И вдруг рука одноклассника дотронулась до моей щеки. Жалеет? Вытирает слезы, не поняла? Становится стыдно.
Теплое дыхание парня приблизилось к моим губам. Дима прижал к себе, нежно, по-детски, поцеловал. Я столбенела. Не знаю, что делать. Это мой первый поцелуй. Приятно до дрожи в теле. Решила поддаться инстинктам.
Мягкий и нежный язык обвел губы, начал исследовать на желание, пробовать их открыть, ощутить на вкус. Это не жалость! Это желание! Как я его ждала! Касание языка и тепло дыхания возбуждает.
Первый поцелуй. Я знала, что он будет таким. Нежным и чувственным. Ну хоть что-то в моей жизни должно быть хорошее. Мне 18 лет! Я хочу быть любимой, желанной.
Мой Ангел не просто рядом. Сейчас обнимает, целует, исследует на желание, пробует открыть меня.

— Ты опять это делаешь, — сказала я. — Отталкиваешь меня. Приказываешь мне уйти. Сдерживаешь себя. Ты думаешь, так правильно?
— Я думаю, так безопаснее.
— Для кого?
Он медленно повернулся. Его лицо было каменным. Ни одна мышца не дрогнула. Но глаза — глаза выдавали его. В них была буря.
— Для тебя, — сказал он. — Ты не понимаешь, Элинор. Ты смотришь на меня и видишь того, кем я стал. Но ты не видишь того, кем я был. И того, кем я могу стать снова...

До возвращения врага — считанные дни. Днём он учит её стрелять, и его ладони поправляют её локти дольше, чем нужно. Ночью она держит его, когда приходят кошмары. А между делом — у печи, на поляне, под старым дубом — случается то, чего он не позволял себе десять лет. То, после чего одиночество становится невозможным.

Ульяна потеряла зрение. Временно. Она то ли полуслепая, то ли полузрячая.
Честер решает, что её состояние - идеальное для мести...

Вместо того чтобы оттолкнуть его и уйти, я подняла руку и положила ладонь ему на грудь. Ткань худи была мягкой, а под ней — твёрдые мышцы, жар его тела. Он замер на секунду, потом накрыл мою ладонь своей и сжал.
— Поэтесса, — выдохнул он мне в губы. — Ты сама напросилась.

Максу тридцать лет. Он тренер по танцам. Человек движения, грации и физического совершенства. С ним я чувствовала своё тело заново. Каждую мышцу, каждый сустав.
Наши встречи начинались с тренировок. Макс учил меня танцевать сальсу. Он ставил мои руки, исправлял осанку, показывал, как двигаться бёдрами. Его прикосновения во время занятий были профессиональными, но в них всегда сквозило скрытое напряжение.
Однажды после особенно интенсивной тренировки, когда мы оба были покрыты потом, он остановил музыку.
— Достаточно, — сказал он, дыша тяжело. — Теперь ты готова.
— К чему? — спросила я, вытирая лицо полотенцем.
— К настоящему танцу, — улыбнулся он.
Он подошёл ко мне, взял за талию. Его руки были сильными, цепкими.
— Следуй за мной, — прошептал он.
Мы начали двигаться. Сначала медленно, потом быстрее. Его тело прижималось к моему, передавая ритм через кожу. Я чувствовала каждый мускул его спины, каждое движение бёдер. Это был танец, который перерос в нечто большее.

Она отправилась на уединённый пляж, куда редко добирались туристы. Песок здесь был белоснежным, а вода — прозрачной, как стекло. Алина вошла в лагуну, чувствуя, как прохладная вода обнимает ноги, бёдра, талию. Изумрудная ткань намокла и стала ещё более откровенной, превратившись в мерцающую чешую русалки. Она плыла, наслаждаясь свободой, и именно в воде её заметил он.
Мужчина вышел из воды неподалёку. Высокий, широкоплечий, с телом, которое говорило о годах спорта и дисциплины. Волосы мокрыми прядями падали на лоб. Он увидел её, и время словно замедлилось. В его взгляде не было томности Марка, но была первобытная, ясная сила. Он смотрел на неё так, как смотрят на стихию: с уважением и готовностью принять её вызов.
Алина вышла на берег. Капли воды стекали по коже, собираясь в ложбинке ключиц. Изумрудное бикини блестело на солнце. Мужчина приблизился.
— Вы выглядите как часть этого моря, — сказал он. Голос был хрипловатым.
Алина чувствовала, как мокрая ткань бикини...

- Твою фотографию с собой носил, пока в несколько метрах от меня взрывались снаряды! Я не молитвы вспоминал в самые тяжкие минуты, а тебя! Не сдавался, а ты… Едва я отправился воевать, променяла меня на первого встречного.
Признание застает врасплох.
- Я верна тебе…
- Молчи! Оправдываться стоило раньше.
- Какие оправдания? Я люблю тебя! Никогда не переставала. Будь я ветреной, то зачем ждала подходящего случая для измен? Мы двадцать лет были неразлучны!
Не слушает. Заклеивает мне рот, несмотря на сопротивления.
- Я так и не научил тебя послушанию, - с сожалением бросает. –Ты подлее, чем я ожидал. Пока я восстанавливался после ранения, то ты ни разу не вспомнила обо мне, но его… С него стряхивала пылинки. Твоя любовь не стоит ни гроша. Ненависть выглядит приятнее, чем твоя дешевая любовь. Ты поплатишься за ложь, но это тебе будет стоить жизни.
Он специально вывез меня в опасную зону. Привязал к дереву. Все, ради того, чтобы наказать… За то, чего я не совершала.