Читать и слушать книги

Что за фигня?
Кто похозяйничал у меня в кабинете?
Подхожу к столу, смотрю на надкусанное пирожное. Пировал кто? Или это презент для меня? Кто-то от сердца оторвал? Или просто не доел?
Взгляд с пирожного перемещается на листок, лежащий рядом.
Печатными буквами выведено “я тебя люблю” и рисунок. Наверное, я и дама какая-то.
Новые способы соблазнения?
Странные я бы сказал. Можно бы подумать, что тут был ребёнок, но откуда ему взяться в офисе?
От размышлений о том, что это значит, отвлекает осторожный стук в дверь.
— Войдите.
В кабинет заходит бухгалтер — Женечка.
— Вы меня вызывали? — спрашивает, поправляя блузку на груди, смотрит чересчур заинтересованно.
Ещё интереснее…
Я не вызвал, но теперь у меня есть подозрения, не она ли таким нестандартным способом решила привлечь внимание к своей персоне.
Надкусанным пирожным и наскальной живописью с сокровенными признаниями меня еще не пробовали покорить.

— Я Данил, — говорит мой сын, глядя на знаменитого футболиста, по какой-то причине вернувшегося в родной город. — Данил Лебедев. Запишите меня.
— Привет, Данил, — невозмутимо говорит Ардовский. — Конечно, запишу. А где твои родители?
— Папы у меня нет, а мама вот! — Даня бесхитростно показывает на меня пальцем.
Ардовский поворачивается вслед за этим жестом, и тут его взгляд натыкается на меня.
Улыбка моментально сползает с его красивого лица.
Меня трясет так, как будто я попалась на месте преступления, а мозг судорожно пытается успокоиться.
Нет причин для паники. Ни одной.
Он не сможет понять.
Никак.
Даня — моя копия. Светлые волосы, голубые глаза, хрупкое телосложение.
Он абсолютно не похож на своего биологического отца, который сейчас стоит рядом с ним и, кажется, будет его новым тренером.

Ты родишь ребёнка от моего сына», — сказал он, даже не спросив меня. Я — горничная в его доме. Он — мой хозяин. Властный, статный, невозможный. Я тайно люблю его несколько лет. А он заявляет, что мне нужно переспать с его капризным сыном, потому что «пора продолжать род». Я хотела отказаться. Но он смотрит так, что у меня подкашиваются колени. И я понимаю: отказывать ему я не умею. Ни в чём.

Я сбежала от свадьбы с египтянином.
Спас меня (и взял в плен!) не то принц с повадками Дон-Жуана, не то садовник с повадками бандита. Я попыталась договориться:
– Слушайте, мужчина, дайте просто денег и отпустите меня. Вы же видите, у меня с собой ни телефона, ни сумочки.
– Может, сперва познакомимся?
– Жадный вы, мужчина. Тысячу пожалели. Ну прощайте. Пойду я.
– Эй, милаха, да кто же тебя отпустит. Босую, без денег. – он подхватил меня на руки, направился к дому.
– Куда вы меня тащите!
– Не переживай. Тебе понравится.

Алиса мечтала о книгах и большой любви. Он привык получать всё, что пожелает. Год брака в обмен на свободу брата. Никакой любви. Только контракт. Только год.
Но одержимость не приемлет контрактов.
Алиса думала, что он сломал ей жизнь, но она не знала, что он подарит ей новую. Сможет ли она простить того, кто лишил её свободы? Способна ли любовь родиться из сделки? И что сильнее - подписанный контракт или чувство, которое не умещается ни в какие бумаги?
Жёсткий, чувственный, эмоциональный роман для тех, кто верит, что даже в самой тёмной клетке можно найти свой свет. История о том, как ненависть становится страстью, страсть - любовью, а сделка - судьбой.

Он всегда был «не тем».
Не тем, кого выбирают. Не тем, в кого влюбляются.
Зато в своих книгах он стал другим – идеальным мужчиной, от которого невозможно уйти.
Когда она оставила жёсткий отзыв на его роман, он решил доказать:
такие мужчины существуют.
Он станет её героем.
И она действительно влюбится.
Только есть одна проблема –
она влюбляется не в него.

🔥КНИГА ЗАВЕРШЕНА!



Подруга прислала видео, что моего мужа похитили. Что делает нормальная женщина?
Прячет, как страус, голову в песок или вызывает полицию.
Но я ненормальная!
Я готова сама пройти огонь, воду и медные трубы и спасти любимого! А главное - убедиться, что мой генерал по-прежнему мой герой!

— Люба! — голос в динамике звенит на грани истерики. — Генерала похитили!
Я замираю и смотрю на пустующее место рядом с собой, а потом недовольно рычу на нее. Мне хватило той истории с фитоняшкой, когда я, как дура, чуть не поверила ей, и сгоряча едва не разрушила семью.
— Лен, ты чего, сдурела?! Остросюжетных фильмов насмотрелась?!
— Ты что, не поняла?! — орет она в трубку так, что я отстраняю телефон от уха. — Георгия твоего похитили! Пару минут назад! Я своими глазами это видела!

Стою на парковке ресторана. Всего одно мгновение и то, что я вижу в приоткрытом окне черного джипа, уничтожает восемь лет казалось бы счастливого брака.
Брюнетка сидит на коленях мужа, их поза говорит о куда большей близости, чем просто знакомство.
Резким движением распахиваю дверь машины.
– Вера? – удивленно произносит муж. – Что ты здесь делаешь?!
– Ой! А что я совсем не вовремя? – говорю с иронией. – Прости, что помешала!
– Прекрати! – прерывает он. – Я тебе сейчас все объясню…
– Не утруждайся, дорогой, – перебиваю в ответ. – Мне не нужны твои оправдания. Продолжайте. Но без меня.

***
Восемь лет. Восемь лет я верила, что мы счастливы. Что у нас идеальный брак. Что он любит меня. Какая ложь. Какая чудовищная ложь.

– Папа, вон наши чемоданы! – мальчишка лет восьми-девяти дёрнул моего мужа за руку и потащил к ленте багажной карусели.
– Прохор, не мешай. – высокая, темноволосая дива перехватила мальчика за руку. – Отец сам справится.
– Папа, а ты к нам сейчас? – мальчик Прохор просяще заглядывал в глаза моего мужа.
– Отвезу вас домой. – Андрей ласково потрепал по голове сына. – Потом к себе поеду. Меня тоже дома ждут.
Я ждала. С таким нетерпением ждала мужа из его командировки в Пекин, что не удержалась и вопреки запрету Андрея, рванула встречать его в аэропорт. Вот только рейс из Пекина ещё не прилетел, до его посадки оставалось пятнадцать минут. Зато приземлился самолёт из Абу-Даби, и среди его пассажиров оказался мой муж. И не один.

Я посмотрела на букет. Потом на него.
— Необычно, — сказала я. — Я думала, у тебя там одни пионы. Долго другой магазин искал? Или ради меня купил в том же?
Он на секунду стал ещё серее.
— Алеся, послушай. Я…
— Я подаю на развод, — сказала я ровно, как Лиза мне велела. — Имущество делим через адвоката. Сегодня ты забираешь свои личные вещи и уходишь.
Он моргнул.
— Алесь, ты что. Ты что, прямо так?
— Прямо так.
— Я могу всё объяснить. Это ошибка. Я был дурак. Дай мне пять минут — пять минут на разговор, и ты всё поймёшь.
— Нет.
— Лесь, — голос у него стал тише, мягче, тот самый, которым он умел убедить кого угодно. — Ты же не дашь шесть лет в один вечер коту под хвост. Ты же не такая.
Я смотрела на него и впервые за всё это время чувствовала не боль — что-то другое. Что-то почти спокойное. Тяжёлое, ясное, как камень в руке.
— А ты не знаешь, какая я сейчас, — сказала я. — И я не знала тебя. Думала, что знаю. Сколько ты с ней? Год?
Он молчал.
— Больше?
— Два, — сказал он.