Книги в жанре «Любовные романы»
- Мама, да очнись ты уже – мой обожаемый папуля с Кариной спит!
- Ты хоть понимаешь, что ты несёшь?
- Не веришь? Сама посмотри.
Показывает видео. Вижу широкую мужскую спину… мужа. Рядом с ним жена нашего сына.
- И что сейчас? Устроишь скандал?
- Нет. Я дам тебе денег, поедешь, куда захочешь. Но у меня есть условие:— никто не должен знать об этом разговоре.
Гениальная книга, от которой без ума издатель мужа, выходит через месяц. Спустя несколько дней после события Климов собирает пресс-конференцию. Соберутся журналисты, друзья, родственники. Но никто из гостей не знает секрет, который знаю я. И к интрижке со снохой он не имеет никакого отношения.
Интим за кулисами станет изюминкой на торте. А главное блюдо вечера я подам под особенным соусом
- Ты хоть понимаешь, что ты несёшь?
- Не веришь? Сама посмотри.
Показывает видео. Вижу широкую мужскую спину… мужа. Рядом с ним жена нашего сына.
- И что сейчас? Устроишь скандал?
- Нет. Я дам тебе денег, поедешь, куда захочешь. Но у меня есть условие:— никто не должен знать об этом разговоре.
Гениальная книга, от которой без ума издатель мужа, выходит через месяц. Спустя несколько дней после события Климов собирает пресс-конференцию. Соберутся журналисты, друзья, родственники. Но никто из гостей не знает секрет, который знаю я. И к интрижке со снохой он не имеет никакого отношения.
Интим за кулисами станет изюминкой на торте. А главное блюдо вечера я подам под особенным соусом
🧡🤍🧡 КНИГА ЗАВЕРШЕНА! 🧡🤍🧡
Я готовилась к этой встрече восемь лет.
Думала, что смогу пройти мимо. Что не дрогну.
Но когда бывший появляется передо мной, я снова та девочка, которая когда-то любила его до боли.
— Здравствуй, Максим.
— Даша…
Он стал богатым и успешным. А я просто приехала в Кисловодск с дочерью.
Вот только он не знает главного.
Когда-то он потерял не только меня.
— Это твоя дочь?
И теперь прошлое, которое мы оба пытались забыть, возвращается.
Я готовилась к этой встрече восемь лет.
Думала, что смогу пройти мимо. Что не дрогну.
Но когда бывший появляется передо мной, я снова та девочка, которая когда-то любила его до боли.
— Здравствуй, Максим.
— Даша…
Он стал богатым и успешным. А я просто приехала в Кисловодск с дочерью.
Вот только он не знает главного.
Когда-то он потерял не только меня.
— Это твоя дочь?
И теперь прошлое, которое мы оба пытались забыть, возвращается.
БЕСПЛАТНО
Муж, военный, бросил меня и ушёл к другой. Теперь у него молодая жена и кот, которого мне он завести так и не разрешил.
Пять лет я училась жить без него. Привыкала к тишине, к пустой стороне кровати, к тому, что никто больше не ждёт от меня чая и не смотрит с раздражением на мой вечный халат. Почти получилось.
Пока не узнала: он покалечен, брошен женой и почти сломлен.
Пять лет… Ведь меня это уже не касается.
Или всё-таки касается?
Муж, военный, бросил меня и ушёл к другой. Теперь у него молодая жена и кот, которого мне он завести так и не разрешил.
Пять лет я училась жить без него. Привыкала к тишине, к пустой стороне кровати, к тому, что никто больше не ждёт от меня чая и не смотрит с раздражением на мой вечный халат. Почти получилось.
Пока не узнала: он покалечен, брошен женой и почти сломлен.
Пять лет… Ведь меня это уже не касается.
Или всё-таки касается?
— Вы превратились в снеговиков, — вытаскиваю из сугроба близнецов. — Как вас отличать?
Вглядываюсь в лица мальчишек и замечаю, что они очень сильно на меня похожи. Как будто смотрю на свои детские фотографии. На секунду вспыхивает шальная мысль. Но это невозможно. Они не могут быть моими сыновьями.
— Нас только мама не путает, — серьезно отвечает один из пацанов.
— Тогда ведите меня к ней, — стряхиваю с их шапок снег и веду в гостиницу. — Передам вас из рук в руки.
— Мама, — радостный крик разносится по фойе.
— Где?
— Вон. Прячется за колонной.
Приглядевшись, я замечаю девушку из прошлого, которую безумно любил. Но она предала меня, оставив огромную рану в сердце.
— Марина?
Удивление в ее глазах сменяется страхом. Не очень-то она рада меня видеть.
— Привет. Мальчишки, нам пора на ужин, — переводит взгляд на детей.
— Подожди, ты ничего не хочешь мне сказать?
Вглядываюсь в лица мальчишек и замечаю, что они очень сильно на меня похожи. Как будто смотрю на свои детские фотографии. На секунду вспыхивает шальная мысль. Но это невозможно. Они не могут быть моими сыновьями.
— Нас только мама не путает, — серьезно отвечает один из пацанов.
— Тогда ведите меня к ней, — стряхиваю с их шапок снег и веду в гостиницу. — Передам вас из рук в руки.
— Мама, — радостный крик разносится по фойе.
— Где?
— Вон. Прячется за колонной.
Приглядевшись, я замечаю девушку из прошлого, которую безумно любил. Но она предала меня, оставив огромную рану в сердце.
— Марина?
Удивление в ее глазах сменяется страхом. Не очень-то она рада меня видеть.
— Привет. Мальчишки, нам пора на ужин, — переводит взгляд на детей.
— Подожди, ты ничего не хочешь мне сказать?
- Я закончил. – Дэн встает и поправляет ремень.
Еще бы ты не закончил! Пошел вон отсюда! – ору я. Парень поспешно удаляется.
-Да, почему Вы всегда недовольны?! Если бы не Дэн, я бы не справилась. Лучше бы поблагодарили его. – она выходит из-за стола, босая. Надевает туфли, берет пиджак.
- Зато ты у нас благодарная? Не утомилась благодарить? Ротик не устал?
- Что?! Что Вы такое говорите?!
- Ситуация говорит сама за себя! Мне не нужно объяснять, что ты делала под столом. Я взрослый мальчик, сам догадался.– рычу я.
- Да, Вы! Да, я! Я скрепки собирала. – вспыхивает она.
- Ты знаешь толк в ролевых играх. И, вот, кстати, не успел рассчитаться за игру «Спящая красавица и маньяк». – кладу перед ней две пятитысячные купюры.
- Что это? – она становится белой, как полотно.
- Мало?
Она берет деньги. Застегивает пиджак и медленно подходит ко мне. Швыряет скомканные купюры мне в лицо и отвешивает звонкую пощечину с невероятной для ее хрупкого тела силой.
Еще бы ты не закончил! Пошел вон отсюда! – ору я. Парень поспешно удаляется.
-Да, почему Вы всегда недовольны?! Если бы не Дэн, я бы не справилась. Лучше бы поблагодарили его. – она выходит из-за стола, босая. Надевает туфли, берет пиджак.
- Зато ты у нас благодарная? Не утомилась благодарить? Ротик не устал?
- Что?! Что Вы такое говорите?!
- Ситуация говорит сама за себя! Мне не нужно объяснять, что ты делала под столом. Я взрослый мальчик, сам догадался.– рычу я.
- Да, Вы! Да, я! Я скрепки собирала. – вспыхивает она.
- Ты знаешь толк в ролевых играх. И, вот, кстати, не успел рассчитаться за игру «Спящая красавица и маньяк». – кладу перед ней две пятитысячные купюры.
- Что это? – она становится белой, как полотно.
- Мало?
Она берет деньги. Застегивает пиджак и медленно подходит ко мне. Швыряет скомканные купюры мне в лицо и отвешивает звонкую пощечину с невероятной для ее хрупкого тела силой.
- Неустойку ты плати! Расторгай контракт и уматывай! Что для тебя десять миллионов?! – делаю ещё шаг и почти утыкаюсь в каменную грудь.
- А, мне платить незачем. Я свой контракт пока не подписал! – Сусликов с изощренным наслаждением садиста рассматривает моё раскрасневшееся, подергивающееся от злости, лицо.
- Ну, вот и Слава Богу! – выдыхаю я. – Вот, всё и решилось.
Сусликов наклоняется ко мне и шепчет в самое ухо, обжигая его горячим дыханием.
- Ты так не хочешь со мной работать? – его губы почти касаются моих, вызывая непонятный трепет во всем теле.
- Больше всего на свете! Мечтаю, никогда тебя больше не видеть! – шепчу ему в ответ.
- Я так плох? – он касается горячими губами моей шеи. Пропускаю разряд.
- Хуже самого страшного кошмара! – борюсь со своим телом, дрожащим от близости этого ужасного мужчины.
- Юля, тащи контракт! Я подпишу! – он усмехается мне в лицо, притягивает меня к себе за талию. – Готов на всё, чтобы превратить твою жизнь в сущий ад, Бедоева!
- А, мне платить незачем. Я свой контракт пока не подписал! – Сусликов с изощренным наслаждением садиста рассматривает моё раскрасневшееся, подергивающееся от злости, лицо.
- Ну, вот и Слава Богу! – выдыхаю я. – Вот, всё и решилось.
Сусликов наклоняется ко мне и шепчет в самое ухо, обжигая его горячим дыханием.
- Ты так не хочешь со мной работать? – его губы почти касаются моих, вызывая непонятный трепет во всем теле.
- Больше всего на свете! Мечтаю, никогда тебя больше не видеть! – шепчу ему в ответ.
- Я так плох? – он касается горячими губами моей шеи. Пропускаю разряд.
- Хуже самого страшного кошмара! – борюсь со своим телом, дрожащим от близости этого ужасного мужчины.
- Юля, тащи контракт! Я подпишу! – он усмехается мне в лицо, притягивает меня к себе за талию. – Готов на всё, чтобы превратить твою жизнь в сущий ад, Бедоева!
Я всегда знала, что моя жизнь похожа на комедию. Просто не подозревала, что сценарий напишет сумасшедший, а режиссёром станет сама вселенская катастрофа.
Мой новый босс, Владислав Лебедев, представляет собой ходячий айсберг в костюме за три моих зарплаты. Он считает эмоции вирусом, а мои носки приравнивает к преступлению против человечности.
Мы возненавидели друг друга с первой секунды. Он назвал меня непрофессиональной. Я отправила ему мем про социопата. Случайно.
Казалось, хуже уже не станет. Ха! Как же я ошибалась.
Его бабушка застукала нас в компрометирующей позе и решила, что мы с внуком созданы друг для друга.
Мой новый босс, Владислав Лебедев, представляет собой ходячий айсберг в костюме за три моих зарплаты. Он считает эмоции вирусом, а мои носки приравнивает к преступлению против человечности.
Мы возненавидели друг друга с первой секунды. Он назвал меня непрофессиональной. Я отправила ему мем про социопата. Случайно.
Казалось, хуже уже не станет. Ха! Как же я ошибалась.
Его бабушка застукала нас в компрометирующей позе и решила, что мы с внуком созданы друг для друга.
— Вика, милая, ну что ты? Не вешай нос. Ерунда всё это! Кому нужная эта Карина? Мирон не дурак, не променяет тебя на чужую жену. У вас шестеро детей. У Карины две девчонки. Просто бизнес, отдых, светская тусовка. Ты же знаешь, как журналюги любят приврать.
Медленно поднимаю на подругу глаза. Во рту пересохло.
— Он был в Швейцарии три недели назад. Говорил, что на переговорах в Цюрихе.
Ольга замолкает. Её уверенности приходит конец.
— Ну… может, переговоры и были… А это так, после…
Перевожу взгляд на огромное окно, за которым простирается наш ухоженный сад. Всё здесь — его. Этот дом, эта земля, эта жизнь. И я — часть этого интерьера. Удобная, красивая, но… заменяемая.
Медленно поднимаю на подругу глаза. Во рту пересохло.
— Он был в Швейцарии три недели назад. Говорил, что на переговорах в Цюрихе.
Ольга замолкает. Её уверенности приходит конец.
— Ну… может, переговоры и были… А это так, после…
Перевожу взгляд на огромное окно, за которым простирается наш ухоженный сад. Всё здесь — его. Этот дом, эта земля, эта жизнь. И я — часть этого интерьера. Удобная, красивая, но… заменяемая.
Вадим медленно поставил бокал на стол. Так же медленно, с ленивой грацией хищника, поднялся с дивана и пошёл ко мне. Не обращая внимания на осколки под ногами, наклонился и поднял с пола то, что осталось от часов.
Покрутил в пальцах разбитый циферблат, хмыкнул — коротко, почти весело.
А потом подошёл ко мне вплотную. Так близко, что я ощутила запах его парфюма — терпкий, мужской, сводящий с ума. Его рука стальным захватом сжала мой локоть, притягивая меня к его мощному телу. Он наклонился, и его губы коснулись моего уха. Горячее дыхание словно обожгло кожу.
Голос тихий и опасный:
— Ну что, Зайка... Ты конкретно попала.
Покрутил в пальцах разбитый циферблат, хмыкнул — коротко, почти весело.
А потом подошёл ко мне вплотную. Так близко, что я ощутила запах его парфюма — терпкий, мужской, сводящий с ума. Его рука стальным захватом сжала мой локоть, притягивая меня к его мощному телу. Он наклонился, и его губы коснулись моего уха. Горячее дыхание словно обожгло кожу.
Голос тихий и опасный:
— Ну что, Зайка... Ты конкретно попала.
За неделю до моего девятнадцатилетия Миша собрал мои вещи и выгнал с позором. От этих отношений у меня осталась только растоптанная самооценка и привычка вечно искать вину в себе. Я слишком долго пыталась быть для всех удобной, заслуживать любовь и помалкивать, когда внутри всё просто горело. Свой день рождения я встретила с ощущением, что я полностью разрушена.
Но потом в моей жизни появился Артём. Взрослый, уверенный в себе, и по совместительству… младший брат моего отчима. Связь с ним — это табу, которое должно было меня напугать. Но то, что началось как глупая минутная слабость в тесной машине, слишком быстро превратилось в опасную игру за спиной у матери и отчима. Артёму плевать на мои комплексы. Он не собирается меня воспитывать или жалеть — он просто видит во мне женщину и заставляет наконец поверить в себя.
Похоже, чтобы перечеркнуть годы боли, действительно хватает трех дней и одного мужчины. Но смогу ли я пойти до конца, когда на кону покой моей семьи?
Но потом в моей жизни появился Артём. Взрослый, уверенный в себе, и по совместительству… младший брат моего отчима. Связь с ним — это табу, которое должно было меня напугать. Но то, что началось как глупая минутная слабость в тесной машине, слишком быстро превратилось в опасную игру за спиной у матери и отчима. Артёму плевать на мои комплексы. Он не собирается меня воспитывать или жалеть — он просто видит во мне женщину и заставляет наконец поверить в себя.
Похоже, чтобы перечеркнуть годы боли, действительно хватает трех дней и одного мужчины. Но смогу ли я пойти до конца, когда на кону покой моей семьи?
Выберите полку для книги