Книги в жанре «Любовные романы»

Едва пережив тяжёлый развод, я сбежала в деревню - подальше от людей, воспоминаний и чужих советов. Тишина, грядки и никаких мужчин. План был идеальным.
До тех пор, пока одно нелепое смс, отправленное не туда, не привело ко мне на порог совершенно незнакомого мужика. С чемоданом. И стойким желанием жениться.

— Слушай, Аня... — он цедит слова с тем самым фирменным пренебрежением, с которым обычно отчитывает нерадивых курьеров. — Только давай без сцен, ладно? Сама виновата. Нечего было возвращаться без предупреждения и врываться в спальню.
Я делаю несколько шагов вглубь комнаты. Не к нему. К туалетному столику. Мой взгляд цепляется за тяжёлую вазу из дымчатого муранского стекла. Мы покупали её в Венеции, в узкой лавке у воды, в наш медовый месяц.
— Я виновата? — эхом отзываюсь я, и собственный голос звучит чужим, очень тихим.
— Ну а кто? — он уже почти полностью вернулся в себя; голос крепнет, набирает металл. — Что такого-то произошло? Это просто физиология, ничего личного. Так что выдохни, успокойся и хватит разводить здесь драму на ровном месте.
Мои пальцы мягко ложатся на прохладное стекло. Я обхватываю узкое горлышко вазы.
— Драму? — уголки моих губ медленно ползут вверх. — Милый. Я ещё и не начинала.

— Золушка? Ты?! — край тяжелой льняной скатерти резко взмывает вверх.
Замираю, до побеления костяшек сжимая щетку. Надо мной, сверкая темным взглядом, нависает Эмир Султанов. Турецкий миллиардер. Отец моей дочери.
— Что ты здесь делаешь? — его голос, тихий и вкрадчивый, обдает меня морозом.
— Эмир, что за цирк?! — истерично визжит сверху его спутница, которая еще пять минут назад вслух планировала, как обманом залетит от него ради денег. — Безобразие! Увольте эту оборванку немедленно!
Прихожу в себя на этих словах. Дергаюсь, чтобы выскользнуть из-под стола, но тишину элитного зала вспарывает злой крик:
— Зоя! Какого черта ты там прячешься?! Иди забирай свою дочь, я не нанималась работать нянькой!
Сердце пропускает удар.
В дверях стоит администратор, крепко держа за руку мою трехлетнюю малышку.
Эмир замирает.
Сейчас он все поймет. Поймет, что та ночь три года назад не прошла бесследно.
И как нам спастись, если миллиардер Султанов решит забрать свое?

Я верила, что десять лет брака — это навсегда. Готовила ужины, хранила семейный очаг и не замечала, как превращаюсь в тень успешного мужа. А он однажды бросил мне в лицо: «Ты просто сидела на моей шее» — и ушёл к другой, оставив после себя только чужие серьги в машине, долги по счетам и пустую квартиру с видом на парк.
Через месяц я продала эту квартиру за копейки, переехала в сырую каморку на окраине и считала последние монеты на проезд, пока мой сын лежал в больнице, а бывший муж требовал расписку за каждую потраченную тысячу. Друзья отвернулись, свекровь назвала нахлебницей, и единственное, что у меня осталось, — это горькое понимание, что ниже падать уже некуда.

Но именно с этого дна и начинается настоящая история. Потому что, когда терять больше нечего, просыпается злость.

Я строгая учительница старшеклассников. Мужчин современных не люблю. Зачем? Разочарована по макушечку от сегодняшних кавалеров. Нытики и жлобы!
Лучше детьми заниматься.
К ЕГЭ готовить - святое дело.
Черт меня дернул освежить своих старшеклассников у речки. Как обычно случился сюрпрайз-сюрпрайз. Потеряла мамин подарок и встретила исчадие спецназовского адища. Наглого с опухшим лицом мужика. Качка явно не пчелы покусали, потому что от него ужасно воняет!
- Ты учительница, да? Красивая. Замуж хочешь? Мне срочно нужна жена.
Скручиваю фигу.
Чтобы я за ТАКОГО замуж пошла? Да ни в жизнь.
- Вот тебе! – отшиваю, накручивая еще шиш.
- Второй раз не предложу. Подумай.
А мне не надо. Хоть бы с футболки следы птичьего помета стер для начала. Жених!

Щёлкнув выключателем, я поняла, что свет отключили во всём подъезде.
Вдруг сердце сделало толчок в рёбра и замерло в предчувствии, что вот-вот должно что-то произойти.
По спине побежали мурашки, моё тело напряглось, отчётливо понимая, что не я уже одна...
За мной в квартиру проскользнула тень.
Дверь захлопнулась, и наступила тишина, в которой было отчётливо слышно чужое дыхание.
Я зажмурилась, боясь пошевелиться.
Уши заложило от ужаса.
Рука задрожала, и ключи упали на пол с оглушающим звоном.
— Кто ты?
— Леон. Я выполняю вчерашнее задание.
Мужской шёпот обволакивал.
Тихий, низкий тембр, с хрипотцой.
Я не могла ничего разглядеть в кромешной темноте, но чувствовала, что мужчина огромен.
Сердце снова забилось, и я судорожно вдохнула воздух, почувствовав аромат дорогого, пряного парфюма.

Я лишь разменная монета в договорном браке, который должен спасти мою семью от разорения. Мой отец способен заставить меня принять «правильное» решение. Но я сбегу, и выйду замуж за первого встречного, ведь это путь к моей свободе. Кто бы знал, как сильно я ошибалась.

— Ты опять задержишься? — Я улыбнулась мужу, поправляя ему воротник.
— Ты же генерал. Родина без тебя не справится.

Он даже не посмотрел на меня.

— Не жди, Света. Ложись спать.

Двадцать два года я была его тылом.

Переезды. Гарнизоны. Бессонные ночи. Дом. Дочь. Всё ради мужчины, которого любила больше жизни.

А потом я сама пригласила в свой дом дочь лучшей подруги...

И даже не заметила, как молодая красавица начала охоту на моего мужа.

Когда правда всплыла, Виктор сказал всего одну фразу:

— Света... Я ошибся.

Ошибся?

Нет.

Он предал меня. Предал нашу дочь. Предал двадцать два года нашей жизни.

Но пока любовница праздновала победу, рядом оказался мужчина, который все эти годы молча наблюдал, как я растворяюсь в чужой жизни.

— Второй раз ты её не сломаешь, — сказал Андрей моему мужу.

И впервые за много лет кто-то решил бороться не за себя.

За меня.

💉💉💉РОМАН ЗАВЕРШЕН 💉💉💉

Я пришла на практику в больницу обычной девственницей: пышной, закомплексованной и уверенной, что такие, как я, не нужны мужчинам вроде Мирона Власова.
А он ведущий хирург, главный красавчик и бабник всего отделения.
Татуированный, харизматичный подонок, от которого сходят с ума все медсестры и пациентки.
Для него я была просто новой забавой. «Пышкой для разнообразия».
Он соблазнил меня. А я отдала ему все: и тело, и сердце.
Запретная практика обернулась самым большим грехом в моей жизни.
Интересно, что из этого вышло? Мне самой даже очень.
Но сможет ли этот самоуверенный бабник понять, что потерял, или я навсегда останусь для него «просто пышкой»?

— Соня, пять минут и спать, — крикнула я в комнату, застёгивая молнию на рюкзаке. И обернулась к мужу: — Ты чего маячишь? Случилось что на работе?
— Уложи её. Поговорить надо.
— Глеб, ты меня пугаешь.
— Уложи Соню. Я подожду на кухне.
— У меня есть женщина. Другая.
— И что теперь, — спросила я. — Зачем ты мне это говоришь? Покаяться решил? Или…
— Она беременна, Вера!