Читать и слушать книги

— Лия! — бросаюсь за дочкой.
Белая курточка мелькает среди людей. Не успеваю поймать, как вдруг врезается в чью-то ногу. Поднимает растрепанную головку, смотрит вверх. Я тоже...
И замираю. Не вижу никого, кроме него.
Он смотрит на нее. На меня. Опять на нее... и все понимает.
Сердце дрожит где-то в груди, словно туго натянутая струна. Два года я жила в страхе, что он когда-нибудь вдруг появится и заберет ее. Он имеет на это право. Потому что я – лишь суррогатная мать. Мать, которая должна была исчезнуть после родов.
А теперь мы стоим друг перед другом. И я не знаю, что скажу. И смогу ли вообще что-то сказать.
— Лиза... — его голос теплый, чуть хриплый, как кофе с корицей — горьковатый, пряный, оставляющий после себя теплое послевкусие.
Сердце останавливается. Хватаю дочь на руки.
— Извините, вы, кажется, ошиблись, — говорю ровно.
Миную его, как обычного прохожего, и чувствую на лопатках взгляд. Пристальный. Горячий. Слишком знакомый.

Солнце светило прямо на этот браслет.
Я видела гравировку. Не всю — только боковую часть, которая смотрела вверх. Две буквы.«Д» и «И».
Я прошла мимо. Не остановилась. Не споткнулась. Принесла воду, поставила стакан рядом с Даниилом, легла на свой лежак и снова открыла книгу.
Даниил Игоревич.
Две буквы. Просто инициалы. Может быть, её собственные — Дарья Ивановна, Диана Игоревна, Дина Ильинична. Сколько людей на свете с инициалами «Д. И.»? Миллионы. Это ничего не значит.
Буквы прыгали перед глазами и не складывались в слова.
Вечером мы поднялись в номер переодеться к ужину. Даниил встал под душ, я разбирала сумку.
Его телефон лежал на прикроватной тумбочке.
Я не собиралась. Честно — не собиралась. Я не тот человек, который читает чужие телефоны. За шесть лет брака я никогда — ни разу — не брала его телефон с намерением что-то проверить. Это было моим принципом, моим способом говорить себе: я доверяю ему. И телефон завибрировал. Экран засветился — одно уведомление, мессенджер...

— Не волнуйся, воробушек, — произносит мужчина с явной усмешкой. — Ты здесь не навсегда. Как только твой отец расплатится за содеянное, я тебя отпущу.
От его тона волна колючих мурашек пробегает по моему телу.
— Расплатится? — голова идёт кругом, я не понимаю, о чём он говорит.
— О, тебе незачем знать. Достаточно того, что твой отец в курсе.
***
По просьбе отца я прилетела к нему в гости на каникулы. Но это путешествие оказалось ловушкой, а его чувства ко мне – пустыми словами и ложью.

Джо вздохнула.
- Я кажется влюбляюсь в тебя, - прошептал он ей.
- Я кажется тоже, - ответила она.
Он поцеловал её в дивно пахнущие волосы.
Они стояли в воде, обнявшись, и звёзды отражались в их глазах.
Дошли до его номера далеко за полночь. Он не включил свет - только луна светила в окно. И снова поцеловал её. Медленно снимая платье. Но это уже была другая история.

Я сбежала от свадьбы с египтянином.
Спас меня (и взял в плен!) не то принц с повадками Дон-Жуана, не то садовник с повадками бандита. Я попыталась договориться:
– Слушайте, мужчина, дайте просто денег и отпустите меня. Вы же видите, у меня с собой ни телефона, ни сумочки.
– Может, сперва познакомимся?
– Жадный вы, мужчина. Тысячу пожалели. Ну прощайте. Пойду я.
– Эй, милаха, да кто же тебя отпустит. Босую, без денег. – он подхватил меня на руки, направился к дому.
– Куда вы меня тащите!
– Не переживай. Тебе понравится.

Женя давно научилась жить без прошлого.
Пока одна новость не разрушает привычную тишину: Илья развёлся и ушёл на СВО.

Её первая любовь. Человек, с которым когда-то всё могло сложиться — но не сложилось.

Они снова появляются в жизни друг друга. Осторожно. На грани воспоминаний.
И слишком быстро становится ясно: забыть не получилось ни у одного из них.

А потом он исчезает.

И остаётся только тишина, в которой слишком много «почему».

Когда её собственная жизнь начинает трещать по швам, Женя пишет ему всё, что годами не решалась сказать.

Ответ приходит короткий. Холодный.
И обрывает между ними всё окончательно.

И тогда она уезжает за ленточку.

Не за ним.
А туда, где можно не просто выживать — а быть нужной.

Там она постепенно становится «своей» среди тех, кто живёт на пределе.
И снова сталкивается с ним.

Только теперь он будто вычеркнул её из прошлого.

И рядом появляется другой мужчина — слишком вовремя, слишком живой, слишком настоящий.

— Мне рассказали про вашу новую юристку.
— Что теперь?
— Говорят, у вас с ней особые отношения, — мне страшно озвучить все что думаю.
— Что конкретно тебя беспокоит? — муж смотрит прямо.
— У тебя с ней интрижка?
— А что если так, Агата?
— Ты с ней спишь?
— Да. Но это не не то о чем тебе стоит беспокоиться. Так бывает у мужчин. После долгих лет брака, нам хочется чего-то нового. Но это не значит, что ты сразу же теряешь для меня значимость. Потому что ты— моя семья, и я за тебя отвечаю.
Я не верю, что это говорит мой муж.
— То есть, ты собираешься продолжать с ней спать?
— Да, — выносит приговор нашему браку.

После восемнадцати лет брака, муж завел интрижку. Я не стала этого терпеть. и развелась. Даже в разводе он не дает мне покоя, продолжая сыпать соль на рану, доказывая, что я совершила ошибку.

Кирилл Астахов, мажор и бывший однгокурсник, разрушил жизнь Василисы, выслав фотки ее в обноженном виде в одних трусиках на его кровати мужу.
И как было доказывать, что она ничего не помнит, потому что он подмешал ей что-то в кофе?
Однако муж воспользовался этой ситуацией совсем по-другому ...
Ему нужна была власть, доминирование и это оказалось великолепным поводом обвинить и "наказать" жену.
Когда же Васииса поняла, что она не может дальше жить по таким новым правилам в семье - Кирилл пришел на помощь ...
ЭТО ВТОРАЯ КНИГА НАЧАЛО ЧИТАЕМ В "Не в ту же воду"

Шесть лет назад я случайно застала своего любимого с бывшей. Ох, сколько дров тогда наломала… Даже вспоминать страшно. Но сейчас у меня все хорошо. Новая страна, работа мечты и очаровательная дочка. Только сердце порой болит все так же – ведь у малышки слишком знакомые глаза. И смотрит порой так внимательно, его фирменным взглядом. А иногда спрашивает про папу… Кто ж знал, что прошлое настигнет неожиданно и уничтожит с таким трудом налаженную жизнь? Бывшего парня отправляют в командировку именно в мою галерею. А меня, как молодого русскоговорящего специалиста, приставляют к нему для сопровождения и облегчения адаптации на новом месте.

В книге есть: бывшие, ребенок, от ненависти до любви, офисные будни с перчинкой в антураже романтического Парррижа

Он — опасный кавказец, глава клана, который похитил меня. Вместо кольца — верёвка на запястьях, вместо предложения — нож у горла. Аслан говорит: «Ты станешь моей женой». Я плюю ему в лицо. А он лишь вытирает щёку и учит меня держать лезвие… Теперь я сама прихожу к нему в постель. Я ненавижу его — боже, как же сильно я его ненавижу… Но если он когда-нибудь скажет «уходи» — я останусь. Навсегда.

Похищена. Связана. Научена убивать. Кавказский волк не отпустит.