Читать и слушать книги
В день моего сорокапятилетия муж подарил мне развод.
Не дома. Не наедине. А в нашем семейном ресторане, при гостях, партнёрах и детях. А потом привёл молодую помощницу и спокойно объяснил, что дом, компания и счёт всё равно останутся ему.
Двадцать пять лет я была его женой. Его тылом. Женщиной, которая держала семью, ресторан, детей и чужие провалы так тихо, что все решили: меня можно просто вычеркнуть.
Но Олег ошибся.
Я не собираюсь устраивать истерики и просить вернуть прошлое. Я хочу только своё: дом, дело, имя, уважение детей и жизнь, которую слишком долго отдавала другим.
Он думал, что я уйду с пустыми руками.
А я забираю не только то, что принадлежит мне.
Я забираю себя.
Не дома. Не наедине. А в нашем семейном ресторане, при гостях, партнёрах и детях. А потом привёл молодую помощницу и спокойно объяснил, что дом, компания и счёт всё равно останутся ему.
Двадцать пять лет я была его женой. Его тылом. Женщиной, которая держала семью, ресторан, детей и чужие провалы так тихо, что все решили: меня можно просто вычеркнуть.
Но Олег ошибся.
Я не собираюсь устраивать истерики и просить вернуть прошлое. Я хочу только своё: дом, дело, имя, уважение детей и жизнь, которую слишком долго отдавала другим.
Он думал, что я уйду с пустыми руками.
А я забираю не только то, что принадлежит мне.
Я забираю себя.
Алиса хотела только одного — отомстить своему начальнику. Холодному, жёсткому, слишком правильному Максиму. Глупый и злой план казался почти безупречным: жестокий розыгрыш, ложная беременность, удар по его репутации — и пусть хоть раз больно будет не ей.
Но судьба решила пошутить по-своему.
Две полоски оказываются настоящими.
То, что должно было стать пранком, превращается в правду, от которой уже нельзя спрятаться. Страх, чувство вины, неожиданная нежность, предложение руки и сердца, свадьба на грани катастрофы — и любовь, которая рождается совсем не там, где её ждали.
Сможет ли чувство вырасти из лжи?
Можно ли простить человека за то, что он едва не разрушил твою жизнь?
И что делать, если ребёнок, появившийся случайно, становится самым важным чудом на свете?
Это история о том, как самая некрасивая ошибка может стать началом семьи. О любви, которая началась неправильно, но оказалась настоящей. О прощении, взрослении и счастье, пришедшем совсем не по плану.
Но судьба решила пошутить по-своему.
Две полоски оказываются настоящими.
То, что должно было стать пранком, превращается в правду, от которой уже нельзя спрятаться. Страх, чувство вины, неожиданная нежность, предложение руки и сердца, свадьба на грани катастрофы — и любовь, которая рождается совсем не там, где её ждали.
Сможет ли чувство вырасти из лжи?
Можно ли простить человека за то, что он едва не разрушил твою жизнь?
И что делать, если ребёнок, появившийся случайно, становится самым важным чудом на свете?
Это история о том, как самая некрасивая ошибка может стать началом семьи. О любви, которая началась неправильно, но оказалась настоящей. О прощении, взрослении и счастье, пришедшем совсем не по плану.
— Успокойся, солнце.
Солнце.
Муж сказал? Моей сестре?
— Я устала, Олеж. — ее голос — Так задолбалась. Ну когда уже? Я не могу больше так, каждый раз вздрагивать, каждый раз прятаться…
— Немного осталось. Пусть родит, потом сделаем все и дальше сами.
Пусть родит.
Дальше — сами.
Я стою на балконе, прямо над верандой и не понимаю самого простого: как? Когда?
Сколько уже это длится?
С зимы? С той самой больницы, где она говорила, что обязана мне жизнью? Ведь я отдала ей свою почку.
Что «все» они собрались сделать?
Внизу звякает телефон.
— Кто там тебе пишет в такое время?
— Да тут подружайка Марьянкина голосовое прислала.
Через секунду в ночную тишину, на всю веранду, из динамика звучит голос.
Он женский, злой.
Света.
— Олег. Я молчать больше не буду. Я видела вас с Лизой, причем не один раз! Вы совсем оборзели! Я не могу! Понимаешь? Не могу больше смотреть Марьяне в глаза и врать! Совести у вас нет совсем! Или вы это заканчиваете или я ей все говорю сама!
Солнце.
Муж сказал? Моей сестре?
— Я устала, Олеж. — ее голос — Так задолбалась. Ну когда уже? Я не могу больше так, каждый раз вздрагивать, каждый раз прятаться…
— Немного осталось. Пусть родит, потом сделаем все и дальше сами.
Пусть родит.
Дальше — сами.
Я стою на балконе, прямо над верандой и не понимаю самого простого: как? Когда?
Сколько уже это длится?
С зимы? С той самой больницы, где она говорила, что обязана мне жизнью? Ведь я отдала ей свою почку.
Что «все» они собрались сделать?
Внизу звякает телефон.
— Кто там тебе пишет в такое время?
— Да тут подружайка Марьянкина голосовое прислала.
Через секунду в ночную тишину, на всю веранду, из динамика звучит голос.
Он женский, злой.
Света.
— Олег. Я молчать больше не буду. Я видела вас с Лизой, причем не один раз! Вы совсем оборзели! Я не могу! Понимаешь? Не могу больше смотреть Марьяне в глаза и врать! Совести у вас нет совсем! Или вы это заканчиваете или я ей все говорю сама!
После предательства Саша пытается начать заново: рядом с ней мужчина, который даёт ей опору и тишину, и мужчина, рядом с которым она снова чувствует жизнь. Но когда в её судьбу возвращается бывший, однажды уже сломавший её, выбор становится опаснее. Теперь Саше придётся понять, где любовь, где зависимость, а где страх снова остаться одной
Их называют милфами. Красивые. Сексуальные. Успешные. Но это только половина правды.
Вера знает рецепт идеального лица: ботокс, филлеры, подтяжка раз в полгода. Она знает, сколько стоит внимание мужчины: квартира, машина, три миллиона на стартап. Она не знает одного: какого это — проснуться рядом с тем, кто не смотрит на чек.Катя всю жизнь верила: лучшее — впереди. Пока не поняла, что впереди только старость и одиночество. Тогда она решается на эксперимент. Или на авантюру. Или на любовь. Сама пока не поняла. Алёна всю жизнь следовала правилам: вышла замуж, родила детей, но в это ли заключается счастье? Три женщины. Один момент. И выбор, который определит всё. Что они выберут? Читайте. Но предупреждаю: ответ может вам не понравиться.
*(18+. Здесь много иронии, вина и очень горячих мужчин)*
Вера знает рецепт идеального лица: ботокс, филлеры, подтяжка раз в полгода. Она знает, сколько стоит внимание мужчины: квартира, машина, три миллиона на стартап. Она не знает одного: какого это — проснуться рядом с тем, кто не смотрит на чек.Катя всю жизнь верила: лучшее — впереди. Пока не поняла, что впереди только старость и одиночество. Тогда она решается на эксперимент. Или на авантюру. Или на любовь. Сама пока не поняла. Алёна всю жизнь следовала правилам: вышла замуж, родила детей, но в это ли заключается счастье? Три женщины. Один момент. И выбор, который определит всё. Что они выберут? Читайте. Но предупреждаю: ответ может вам не понравиться.
*(18+. Здесь много иронии, вина и очень горячих мужчин)*
Во время шторма трое оказались за бортом.
И Захар должен сделать выбор: кого спасти первой.
Сестру.
Или любимую девушку...
И Захар должен сделать выбор: кого спасти первой.
Сестру.
Или любимую девушку...
❤️РАССКАЗ ЗАКОНЧЕН!! СКИДКА ПРЯМО СЕЙЧАС!❤️
— И вот это создание стоило таких мук, Мишенька? — свекровь оглядывает меня с ног до головы, как бракованный товар. — Она же и одного жеребца не стоит. Худая. Рыжая. Глаза прозрачные, как у теленка больного.
— Зря вы так, мама, — муж подходит ко мне, трогает за шею. — Она нет, а вот голос ее... Голос, мам. Будет мне петь, птичка. Когда захочу.
— Не буду я тебе петь, — говорю я, глядя ему в глаза. — Лучше сдохну.
— Будешь, — он усмехается. — Все вы поете, когда надо.
Я вырываюсь и царапаю его по лицу.
— Змея! — он замахивается, но мать останавливает его взглядом.
— Не надо, Мишенька. Я сама.
Я не понимаю, что происходит. А потом — боль.
Внезапная, острая, как нож. Она разрывает левую щеку.
Я поднимаю голову. Свекровь стоит надо мной. В руках — кнут. Старый, кожаный, с медной рукояткой.
— Будешь рыпаться, птичка, — говорит свекровь, и я вижу, как ее губы кривятся в улыбке, — от тебя и перышка не останется!
— И вот это создание стоило таких мук, Мишенька? — свекровь оглядывает меня с ног до головы, как бракованный товар. — Она же и одного жеребца не стоит. Худая. Рыжая. Глаза прозрачные, как у теленка больного.
— Зря вы так, мама, — муж подходит ко мне, трогает за шею. — Она нет, а вот голос ее... Голос, мам. Будет мне петь, птичка. Когда захочу.
— Не буду я тебе петь, — говорю я, глядя ему в глаза. — Лучше сдохну.
— Будешь, — он усмехается. — Все вы поете, когда надо.
Я вырываюсь и царапаю его по лицу.
— Змея! — он замахивается, но мать останавливает его взглядом.
— Не надо, Мишенька. Я сама.
Я не понимаю, что происходит. А потом — боль.
Внезапная, острая, как нож. Она разрывает левую щеку.
Я поднимаю голову. Свекровь стоит надо мной. В руках — кнут. Старый, кожаный, с медной рукояткой.
— Будешь рыпаться, птичка, — говорит свекровь, и я вижу, как ее губы кривятся в улыбке, — от тебя и перышка не останется!
Надя тащит на себе всю семью: маму-инвалида, энергичную бабушку и младшую сестру-студентку. После банкротства компании, в которой работала, она в отчаянии ищет работу и попадает на собеседование в престижную строительную корпорацию. Её новый босс холодный, недоступный миллионер с идеальной репутацией и просто красавчик! С первого же взгляда на него жизнь Нади перевернулась – она влюбилась. Но между ними пропасть из кучи правил и условностей. А ещё ревнивая соперница, офисные интриги и косые взгляды коллег. Но Надя не из тех, кто сдаётся. Она уверена, что за холодностью босса прячется ранимое сердце, которое ждёт именно её!
— Вера, не надо.
— Чего не надо? — спросила она тихо. — Правды?
— Ты не в себе. Ты расстроена. Ты зла на него. И ты хочешь использовать меня, чтобы сделать ему больно. Я не буду твоим оружием.
Она подошла к нему снова.
— А если я не хочу делать ему больно? Если я хочу просто… почувствовать себя живой? Хотя бы на минуту. Хотя бы на секунду. Ты знаешь, каково это — быть мёртвой внутри? Дышать, есть, спать, улыбаться — и быть мёртвой?
Илья молчал.
.. — Одевайся, Вера. И уходи. Пока я не потерял совесть.
Она сидела голая под светом лампы, с глиной на теле, и чувствовала, как внутри неё что-то ломается. Только сейчас она поняла: она хотела, чтобы он её т…. Грубо. Быстро. Жестоко. Чтобы заглушить боль. А он предложил нежность. И уважение. И — самое страшное — время подумать.
— Чего не надо? — спросила она тихо. — Правды?
— Ты не в себе. Ты расстроена. Ты зла на него. И ты хочешь использовать меня, чтобы сделать ему больно. Я не буду твоим оружием.
Она подошла к нему снова.
— А если я не хочу делать ему больно? Если я хочу просто… почувствовать себя живой? Хотя бы на минуту. Хотя бы на секунду. Ты знаешь, каково это — быть мёртвой внутри? Дышать, есть, спать, улыбаться — и быть мёртвой?
Илья молчал.
.. — Одевайся, Вера. И уходи. Пока я не потерял совесть.
Она сидела голая под светом лампы, с глиной на теле, и чувствовала, как внутри неё что-то ломается. Только сейчас она поняла: она хотела, чтобы он её т…. Грубо. Быстро. Жестоко. Чтобы заглушить боль. А он предложил нежность. И уважение. И — самое страшное — время подумать.
Все вокруг твердили Валентину, что его молодая жена вышла за него замуж только из-за денег. Однако он никогда не сомневался в том, что Анжелика искренне любит его.
Вскоре супруги едут в отпуск на райский остров в тропиках, где ведут замкнутую жизнь на роскошной вилле. Но когда к ним на ужин приходит привлекательный сосед, Валентин замечает, что его жена не может отвести глаз от гостя…
Вскоре супруги едут в отпуск на райский остров в тропиках, где ведут замкнутую жизнь на роскошной вилле. Но когда к ним на ужин приходит привлекательный сосед, Валентин замечает, что его жена не может отвести глаз от гостя…
Выберите полку для книги