Читать и слушать книги

- Отпустите меня, это ошибка! - шепчу, испуганно отступая.

Я все еще надеюсь, что смогу достучаться до жестокого мужчины, к которому меня привезли.

- Кто тебя подослал? - угрожающе тихо спрашивает он.

Я остро чувствую его приближение, а по коже мороз от каждого вдоха.

- Никто, - мотаю головой. - Клянусь! Это все случайность! Я не…

Пальцы на моем лице не позволяют отвернуться и спастись от тяжелого взгляда.

- Я знаю отличный способ заставить тебя рассказать правду, - медленно произносит он. А затем толкает меня в сторону кровати.



Я впервые нарушила правило отца и сбежала от охраны на один вечер с подругой. А очнулась без зрения в доме мужчины, который купил меня как вещь. Он заказывает только слепых, и меня “исправили”, чтобы я подошла под заказ.

Он враг моей семьи и пока не знает, кто я. Но как только зрение вернется, я его вспомню. И мы поменяемся местами.

Шале стояло в глуши, среди сосен и скал. Вечером Данила достал свою тату-машинку. Он сказал, что хочет оставить след на этой поездке.
— Садись сюда, — он указал на старый кожаный диван у камина.
Катя подчинилась. Он сел рядом, его пальцы, грубые и тёплые, провели по её ключице.
— Будет больно, — предупредил он. — Но ты не будёшь дёргаться. Ты будешь сидеть смирно. Поняла?
— Поняла, — прошептала она.
Жужжание машинки заполнило комнату. Игла коснулась её кожи. Катя вздрогнула, но Данила тут же положил свою тяжёлую ладонь ей на бедро, сжимая его так, что она не могла пошевелиться.
— Тише, — его голос был низким, вибрирующим рядом с её ухом. — Дыши ровно. Смотри на огонь.
Боль была острой, но странное чувство безопасности, которое исходило от него, заглушало её. Он делал ей маленького, изящного ворона на ключице.
Когда он закончил и вытер кровь, он наклонился и провёл языком по свежему, пульсирующему рисунку. Катя застонала, закрыв глаза.

Бизнес не терпит пауз. Как только Элина закрепила свой статус, на горизонте появилась новая угроза. Конкуренты, старый московский клан Строгановых, решили перехватить у холдинга Максима огромный участок земли на западе столицы.
Элина вела переговоры лично. Строганов-младший, наглый и самоуверенный тип, привык, что женщины в его кабинете либо соглашаются, либо плачут. Он пытался давить, повышал голос, перебивал, позволял себе оскорбительные полунамёки.
Раньше Элина бы опустила глаза. Но теперь в её памяти всплывал тяжёлый, властный взгляд Максима. Его голос, который говорил ей: «Мои женщины не проигрывают».
Она медленно закрыла папку. Звук вышел резким, как выстрел.
— Виктор, — её голос был тихим, но в нём звенела сталь. — Вы закончили? Потому что я не собираюсь слушать истерику человека, который не умеет считать собственные убытки.
Строганов замер, его лицо пошло красными пятнами.
— Ты забываешь, с кем говоришь, девчонка.
— Я помню всё, — Элина встала, опираясь ладонями о стол.

Нью-Йорк задыхался от летней жары. Воздух над асфальтом дрожал, а на углу Лексингтон-авеню всё ещё толпились фотографы. Только что был снят тот самый кадр. Мэрилин стояла над вентиляционной решёткой метро, и порыв тёплого воздуха взметнул её белое плиссированное платье. Она смеялась, её платиновые кудри развевались, и этот образ уже завтра обойдёт все газеты мира.
Но сейчас она сидела в номере люкс отеля «Уолдорф», и ей было не до смеха. Дверь с грохотом распахнулась, и в комнату вошёл Джо. Её муж. Легенда бейсбола, мужчина с широкой грудью и тяжёлым, властным взглядом. Ему было сорок, и в нём бурлила та самая южная, неукротимая страсть, которая когда-то и покорила её сердце.
— Я видел эти фотографии, Мэрилин, — прорычал он, срывая с себя пиджак. — Весь город смотрит на твои ноги. Весь мир хочет тебя.
Мэрилин вздрогнула. Она знала его ревность. Она знала, что для него она — трофей, который он хочет спрятать от чужих глаз.

— Ты называл меня коровой, — сказала я, и голос мой звенел от напряжения, но не ломался. — Ты говорил, что меня стыдно выводить в свет. Ты шесть лет ломал меня, унижал, топтал.
Я сделала шаг вперёд, и он, мой мучитель, моя персональная Годзилла, — он отступил. На полшага, но отступил.
— И что? — фыркнул он, пытаясь вернуть себе превосходство. — Собрала?
— Знаешь, в чём разница между тобой и Кириллом? — Я расправила плечи. – Ты боялся, что меня слишком много. Что мои формы, мой аппетит, мой голос — это позор. А ему каждую ночь мало. Ему хочется больше. Всегда. Он не боится меня. Он любит меня — всю, целиком, без изъятий. А ты просто слабак, который не справился с женщиной моего уровня.

— Ты себя в зеркале видела? От твоих жирных складок только бесплодие, — жестоко бросает муж, вышвыривая меня из жизни. — Уходи. Моя женщина беременна, она подарит мне наследника.
Я не стала умолять. Ушла. Забрав с собой тайну, которую он не заслужил узнать.
Я думала, что сломлена. Пока в мою жизнь не ворвался он... Человек-скала, который смотрит на мои плюс-сайз формы с опасным, голодным интересом.

Я пришла на открытие семейного центра, который проектировала четыре года, и увидела на главном стенде имя любовницы моего мужа.

Через несколько минут наш семилетний сын увидел на огромном экране, как его отец — полковник Глеб Арденов — целует другую женщину.

Глеб уверен, что я остыну и вернусь. Ведь дом оформлен на него, проект принадлежит его фонду, а без влиятельного мужа у меня якобы ничего нет.

Он ошибся.

У чертежей есть настоящий автор. У предательства — цена. А ребёнок прекрасно помнит, кто выполняет обещания, а кто каждый раз заставляет его ждать.

Пока я возвращаю своё имя, защищаю сына и учусь строить жизнь без человека, считавшего меня своей собственностью, рядом оказывается другой мужчина. Он не обещает невозможного, не требует благодарности и не пытается решать за меня.

Он просто приходит вовремя.

Но что произойдёт, когда однажды мой сын назовёт папой не родного отца?

Я прилетела в Турцию, чтобы залить бывшего вином, поджарить задницу на солнце и забыть, что три года позволяла мужчине меня стыдиться.

План работал безупречно, пока я не полезла за чужим виноградом и не оказалась в руках Керема Карахана — хозяина виноградника с отвратительной привычкой смотреть на мои пышные формы так, будто именно их он ждал весь сезон.

Я предложила ему двадцать один день без любви, ревности и обещаний. Он согласился.

Жаль, этот турок привык владеть всем, чего касается. А я больше никому не позволю решать, чего стою.

Посмотрим, кто из нас созреет первым.

Он появился в её жизни, когда она уже перестала верить в любовь. Максим был идеальным: заботливым, надёжным, тем самым, о ком мечтают. Через полгода они поженились. А спустя три месяца полиция нашла в лесу тело женщины. Все были уверены, что погибшая — бывшая девушка Максима, исчезнувшая три года назад.
Только одна деталь не давала Алисе покоя. За день до смерти незнакомка успела отправить ей сообщение: «Если ты читаешь это — беги. Следующей будешь ты.»
Но от кого? От мужа? Или от человека, который уже много лет уничтожает всех женщин, которых любил Максим?
Чем глубже Алиса пытается узнать правду, тем чаще понимает: самый страшный секрет скрывает вовсе не её муж. А она сама.
Она не помнит той ночи. Но кто-то помнит всё.

Он — ледяной босс, привыкший покупать всё. Она — отчаянная девушка, которая продала ему свою улыбку на семь дней. Контракт прост: идеальная невеста за щедрую плату. Никаких чувств. Но страсть не читает условия договора. Когда игра становится слишком реальной, они оба рискуют проиграть главное — свои сердца. Ведь фальшивое кольцо можно снять, а вот фальшивую любовь — уже нет.